Вторая мировая война тунис


Глава 19 Победа в Тунисе. Вторая мировая война

Глава 19

Победа в Тунисе

В последнюю неделю февраля генерал Александер принял командование всем фронтом. Одновременно в соответствии с соглашением, достигнутым в Касабланке, маршал авиации Теддер принял командование союзными военно-воздушными силами. Война в Тунисе была тогда в самом разгаре. Генерал Эйзенхауэр, наделенный верховной властью, не мог руководить из своей штаб-квартиры в Алжире, находившейся примерно в 400 милях от поля боя, этими сложными и изменчивыми операциями, в которых участвовали английские, американские и французские войска. Необходимо было иметь человека на месте. Теперь он и прибыл с широкими полномочиями.

* * *

Пока порт Триполи работал бесперебойно, Монтгомери успел перебросить в Тунис лишь часть своих войск. Сознавая, что, как только бои за Кассерин закончатся, Роммель определенно направит свой удар против него, Монтгомери расположил три свои передовые дивизии – 7-ю бронетанковую, английскую 51-ю и новозеландскую 2-ю – на позиции около Меденины. Не было времени для того, чтобы заложить минные поля или установить проволочные заграждения, но зато было приведено в боевую готовность не менее 500 противотанковых орудий.

6 марта Роммель предпринял четыре крупные атаки, использовав для этого все три германские танковые дивизии. Все атаки были отбиты с тяжелыми для него потерями. Противник отступил, оставив на поле боя 52 танка, разбитых орудийным огнем. Мы не потеряли ни одного танка, и наши потери составили всего 130 убитых и раненых. Никогда еще до сих пор не сосредоточивалась такая масса противотанковой артиллерии против танков. Это было, пожалуй, самое серьезное поражение Роммеля во всей его африканской кампании. Это было также и его последним наступлением в Северной Африке. Вскоре после этого он был отправлен в Германию больным, и его место занял фон Арним.

8-я армия теперь двигалась вперед, приближаясь к главной позиции противника – линии Марет. Это была хорошо организованная оборонительная система длиною 20 миль, построенная французами до войны, чтобы предотвратить вторжение итальянцев в Тунис. Теперь итальянцы охраняли ее против англичан. Учитывая трудности фронтальной атаки позиции у Марета, на которой было расположено шесть дивизий, из них две немецкие плюс 15-я танковая дивизия, находившаяся в резерве, Монтгомери решил включить в свой план обходную колонну, которая должна была прорваться и закрепиться за главной линией фронта противника.

Потребовалось две недели для подготовки задуманного наступления против столь сильно обороняемой линии противника. В течение этого времени американский 2-й корпус сумел вернуть Гафсу и направиться на восток. Хотя ему и не удалось прорваться на прибрежную равнину, он приковал 10-ю танковую дивизию к этому фронту на все время боев у Марета. 10 марта бронемашины и артиллерия, поддержанные авиацией, подвергли ожесточенной атаке войска генерала Леклерка. Французы стояли твердо и, получив поддержку со стороны английской авиации, отбросили противника со значительными для него потерями.

Таким образом, была подготовлена почва для наступления на линию Марет. Эта операция была названа «Пьюджилист».

Перед наступлением полуночи 30-й корпус предпринял свою главную атаку на прибрежный сектор оборонительных укреплений Марета.

После того как фронтальная атака не удалась, Монтгомери быстро изменил свой план. Он приказал дивизиям, расположенным перед линией Марет, сковывать противника и перебросил свои главные силы на левый фланг. Противник понял угрозу и укрепил свой фланг германской 164-й пехотной бригадой и частью своей 15-й танковой дивизии. Проложить путь можно было только при помощи интенсивной бомбардировки, и здесь авиация Западной пустыни, которая оказывала постоянную поддержку 8-й армии во всех ее сражениях, проявила теперь исключительные усилия.

30 эскадрилий, из них 8 американских, подвергли неоднократной сильной бомбардировке оборонительные укрепления противника. При поддержке авиации и под прикрытием сильного артиллерийского огня новозеландцы и 8-я бронетанковая бригада вклинились в линию обороны противника. За ними последовала 1-я бронетанковая дивизия, которая при свете луны обогнала их и к рассвету уже почти достигла ущелья Эль-Хаммы.

Оказавшись между новозеландцами впереди и бронетанковой дивизией, сзади противник сражался отчаянно, но тщетно. Он понес огромные потери; семь тысяч человек было взято в плен. Таким образом, была одержана блестящая победа, в которой проявились не только боеспособность наших солдат, но и высокое искусство их командующего. Монтгомери снова удачно использовал артиллерию. Перед рассветом английские 51-я, 50-я дивизии и индийская 4-я дивизия при массированной поддержке артиллерии начали наступление, несмотря на ожесточенное сопротивление противника. Противник предпринимал решительные контратаки, и только к вечеру сражение было выиграно.

На следующий день наши войска преследовали противника по обеим дорогам, ведущим на север, и все имевшиеся в наличии английские и американские самолеты непрерывно бомбили его отступающие колонны. 7 апреля патруль индийской 4-й дивизии встретился с боевым охранением американского 2-го корпуса. Две армии, которые начали наступление на расстоянии примерно двух тысяч миль друг от друга, теперь наконец соединились. В тот же день, для того чтобы отрезать противнику путь отступления на север, английский 9-й корпус вместе с английской 6-й бронетанковой дивизией, бригадой 46-й дивизии и американской 34-й пехотной дивизией попытались прорваться через Фондукский перевал. Был занят Пишон, но только 9-го числа бронетанковой дивизии удалось вклиниться в линию обороны противника, и 11-го она вступила в Кайруан после успешного боя с 10-й и 21-й танковыми дивизиями противника.

Отступление противника перед 8-й армией было проведено искусно, хотя, несомненно, смелая операция нашей 6-й бронетанковой дивизии ускорила это отступление. Сфакс, который имел теперь большое значение как порт, так как порт Триполи находился уже на расстоянии 300 миль, был занят 10 апреля, а Сус был занят спустя два дня. 13 апреля наши войска подошли к последним позициям противника в горах севернее Анфидавиля. По мере усиления нашей блокады с моря противник стал все больше прибегать к воздушному транспорту. Большие группы транспортных самолетов в сопровождении истребителей прибывали каждый день. В течение четырех месяцев, с декабря по март, они перевезли более 40 тысяч человек и доставили 14 тысяч тонн груза в Африку.

Поскольку позиции в Анфидавиле были сильно укреплены, Александер решил, что главный удар по Тунису должен быть нанесен с запада. Но перед 8-й армией все еще стояла задача сковывать противника, удерживающего фронт в Анфидавиле, и, пока подготовлялся главный удар, она ночью 19 апреля предприняла наступление силами трех дивизий, активно поддержанных артиллерией и авиацией.

* * *

Основное наступление 1-й армии началось 22 апреля. Пять дней тяжелых боев не сломили сопротивления противника, но его потери были велики, и, кроме того, мы захватили важный плацдарм, который оказался очень ценным неделю спустя. Южнее английского сектора французский 19-й корпус занял Джебель, Фкирин, в то время как на севере американский 2-й корпус, предприняв атаку 23 апреля, неуклонно продвигался к Матёру. Несмотря на неблагоприятные условия местности, американцы оказывали неослабное давление и постепенно заставили немцев отступить.

* * *

Было очевидно, что потребуется еще один сильный удар, чтобы сломить сопротивление противника. Заключительное наступление, предпринятое 8-й армией 24 апреля, показало, что позиция противника в Анфидавиле слишком укреплена для того, чтобы захватить ее без серьезных потерь. 6 мая было предпринято решающее наступление. Главный удар наносил 9-й корпус на узком участке фронта по обеим сторонам дороги Меджез – Тунис. За передовыми частями пехоты, английской 4-й и индийской 4-й дивизиями непосредственно следовали 6-я и 7-я бронетанковые дивизии. Слева от них 5-й корпус прикрывал фланг наступающих войск. Авиация союзников снова действовала исключительно энергично, совершив в этот день 2500 вылетов. Военно-воздушные силы держав Оси были на протяжении многих недель настолько измотаны, что в этот решающий момент они смогли сделать лишь 60 вылетов за день.

9-й корпус совершил широкий прорыв линии фронта противника. Две бронетанковые дивизии обогнали пехоту и вступили в Массико, находящийся на полпути к Тунису. На следующий день, 7 мая, они продолжали наступление, и 7-я бронетанковая дивизия вступила в Тунис, а затем повернула на север, чтобы соединиться с американскими войсками. В то же время сопротивление на главном участке американского фронта было сломлено, и американская 9-я пехотная дивизия достигла Бизерты. Три германские дивизии попали, таким образом, в ловушку и 9 мая сдались в плен.

6-я бронетанковая дивизия, а вслед за ней английская 4-я дивизия, а также 1-я бронетанковая дивизия, действовавшая справа, продвинулись на восток через Тунис и вокруг него. Они были задержаны поспешно организованным сопротивлением в ущелье возле моря в нескольких милях восточнее города. Однако их танки прорвались ночью 10 мая и вступили в Хаммамет на восточном побережье. За ними 4-я дивизия обогнула мыс Бон, не встретив сопротивления. Все остальные войска противника попали в ловушку на юге.

* * *

Адмирал Кэннингхэм провел все приготовления к окончательному поражению противника и 7 мая приказал всем своим военно-морским силам патрулировать проливы, чтобы не позволить войскам держав Оси провести эвакуацию типа «Дюнкерк». 8-го он приказал: «Топить, жечь и уничтожать. Ничего не пропускать». Но лишь несколько барж пытались спастись бегством, и почти все они были захвачены или потоплены. Днем и ночью эсминцы и корабли береговой обороны вместе с авиацией продолжали свою безжалостную работу. В общем итоге 897 человек сдались командам наших кораблей и лишь 653 удалось бежать; большинство из них бежало ночью на самолетах. Наши потери были незначительными.

Первый конвой судов, посланный прямо через Средиземное море впервые после 1941 года, вышел из Гибралтара 17 мая 1943 года и прибыл в Александрию без всяких потерь 26 мая. Открытие вновь этого пути на Средний Восток сократило для нас расстояние примерно на 9000 миль, что составляло для каждого среднего грузового судна экономию около 45 дней пути.

* * *

12 мая я получил следующую телеграмму:

Генерал Александер – премьер-министру

12 мая 1943 года

Конец очень близок. Фон Арним взят в плен, и число военнопленных, вероятнее всего, достигнет более 150 тысяч человек. Всякое организованное сопротивление прекратилось, держатся еще лишь отдельные очаги сопротивления. Наши трофеи, по-видимому, составят более 1000 орудий, из которых 180 – калибра 88 мм, 250 танков и несколько тысяч грузовых автомобилей, многие из которых находятся в полной исправности.

В этот день 6-я бронетанковая дивизия соединилась с 8-й армией. Окружение противника было завершено. Противник сложил оружие.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

document.wikireading.ru

Разгром итало-немецких войск союзниками в Тунисе в 1943 г.

По плану десантной операции «Торч» предусматривалось высадить войска в районах крупных портов Северной Африки. В первом эшелоне высаживалось до 6 дивизий. Во взаимодействии с ними должны были действовать несколько воздушно-десантных батальонов, предназначавшихся для захвата аэродромов и важных пунктов в ближайшей глубине прибрежной территории. Главнокомандующим экспедиционными силами был генерал США Д. Эйзенхауэр. Наделенный большими полномочиями, он осуществлял коалиционную стратегию западных союзников на этом театре военных действий, а также решал вопросы политического и дипломатического характера. Штаб командующего союзными силами комплектовался из английских и американских офицеров. Каждый начальник при этом имел заместителя из числа офицеров союзной державы.

В составе военно-морского флота, обеспечивавшего переброску и высадку войск, имелось около 450 боевых кораблей и транспортных судов под общим командованием английского адмирала Э. Кэннингхэма 1. В связи с большим расстоянием между районами высадки были созданы три оперативных соединения флота: Западное, Центральное и Восточное. Командовали ими соответственно американский адмирал Г. Хьюитт, английские коммодор Т. Траубридж и адмирал Г. Барроу. Все они подчинялись непосредственно главнокомандующему, а по применению родов сил — его заместителям по армии, флоту и авиации. Эти соединения обеспечивали переход десантируемых войск через океан и высадку их на побережье Французской Северной Африки: Западное — из США в район Касабланки (35 тыс. американцев), Центральное — с Британских островов в район Орана (39 тыс. американцев) и Восточное — с Британских островов в район Алжира (23 тыс. англичан и 10 тыс. американцев) 2. Переход морем и высадку десанта должны были прикрывать боевые корабли военно-морских флотов США и Англии. Для авиационного обеспечения операции создавались два командования военно-воздушных сил, подчиненные непосредственно главнокомандующему экспедиционными силами: Западное осуществляло поддержку высадки десантов и последующие их действия на суше в районах Касабланки и Орана, Восточное — в районе Алжира.

24 октября 1942 г. транспорты с войсками вышли из портов США, а спустя несколько дней — из портов Англии с расчетом прибыть в районы предстоящей высадки одновременно. В пути караваны судов не встретили противодействия военно-морских или военно-воздушных сил Германии Италии.

1 History of the Second World War, vol. 4, № 3, p. 1410.

2 Encyclopaedia Britannica, vol. 23, p. 794E.

Это объяснялось тем, что, несмотря на значительные масштабы передвижений и определенную осведомленность итало-немецкого командования, западным союзникам удалось сохранить в тайне районы и время высадки. Получив от итальянцев сведения, что через Гибралтар в Средиземное море и далее на восток движутся крупные силы флота с боевой техникой и десантными средствами, штаб немецкого руководства на море сделал вывод, что англо-американцы, вероятно, попытаются высадить десанты в районах Триполи, Бенгази, либо на остров Сицилия, Сардиния и итальянское побережье. Вариант вторжения в Северную Африку рассматривался им в последнюю очередь. Итальянский флот не мог выйти навстречу противнику, так как не имел достаточного количества топлива, надлежащего авиационного прикрытия и был занят сопровождением конвоев в Ливию 1.

Ранее в Северной Африке находилось около 120 тыс. французских солдат и офицеров: примерно 55 тыс. человек — в Марокко, 50 тыс.— в Алжире и 15 тыс.— в Тунисе. К ноябрю 1942 г. правительство Виши по указанию Гитлера довело численность своих войск в Северной Африке до 200 тыс. человек. Они имели около 500 самолетов и значительные силы средиземноморского флота: в Тулоне — 3 линкора, 7 крейсеров, 28 эсминцев, 15 подводных лодок, в Дакаре — линкор и 3 крейсера, в Касабланке — недостроенный линкор, тяжелый крейсер, 7 эсминцев и 8 подводных лодок, в Бизерте и Тунисе — крейсер, несколько эсминцев, подводных лодок и малых кораблей 2.

Командование западных союзников надеялось, что заблаговременная политическая подготовка операции обеспечит лояльное отношение французских вооруженных сил к высадке десанта. Именно по этому поводу в конце октября 1942 г. велись переговоры между представителем французского командования в Алжире генералом Ч. Мастом и американским генералом М. Кларком, который с группой офицеров высадился с подводной лодки на алжирском побережье. Несмотря на обещания французов не противиться высадке, союзные войска тщательно готовились к боям. Перед самой высадкой десанта Эйзенхауэр по радио обратился к французским войскам. Он заявил, что Соединенные Штаты питают самые дружественные чувства по отношению к французам и местному населению, просил французских солдат и офицеров не оказывать сопротивления союзным вооруженным силам.

В ночь на 8 ноября 1942 г. транспортные суда под прикрытием боевых кораблей подошли к намеченным пунктам, началась высадка войск и выгрузка боевой техники. Десантные части получили приказ не стрелять, если не откроют огонь силы береговой обороны. При первом же враждебном акте со стороны французских войск предписывалось передать по радиосети условный сигнал — «Плей болл» («Игра в мяч»), означавший приказ вести активные действия против сил французской береговой обороны.

В 10 часов утра по радио было передано заявление президента США Рузвельта. Он заверил французов, что западные союзники не стремятся к захвату территорий, и призвал их к сотрудничеству 3.

На марокканском побережье американские войска высадились севернее и южнее Касабланки. Им пришлось преодолеть некоторые трудности, в первую очередь связанные с метеорологическими условиями и недостатками в навигационном обеспечении. Незначительное противодействие высадке десанта оказали некоторые французские гарнизоны, корабли и авиация.

Из-за медленного спуска с транспортов десантно-высадочных средств высадка войск началась с опозданием и, как пишет английский военный

1 KTB/OKW, Bd. II, S. 115, 912.

2 History of the Second World War, vol. 3, № 12, p. 1223; История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 — 1945, т. 3, стр. 551; I. Р 1 а у f a i г, с- М о 1 о п у The Mediterranean and Middle East. Vol. IV. London, 1966, p. 116.

3 The War Beports of General of the Army George С Marshall, Chief of Staff; General of the Army H. H. Arnold, Commanding General, Army Air Forces; Fleet Admiral Ernest J King Commander-in-Chief, United States Fleet and Chief of Naval Operations. Philadelphia - New York, 1947, p. 90.

историк, «какое-то время была под угрозой судьба всей экспедиции» 1. Накатная волна с Атлантики оказалась большой, и почти половина десантных катеров первого броска была выведена из строя. Тем не менее в течение первого часа операции 3500 человек высадились на берег. В начале противодействие французской обороны было слабым. Однако с рассветом открыли огонь береговые батареи и корабли; участки высадки и десантно-высадочные средства были атакованы французской авИа. цией и боевыми кораблями, находившимися в Касабланке. В ответ на них обрушила огонь союзная корабельная артиллерия и нанесли удары самолеты с авианосцев. При их поддержке к исходу 8 ноября на берег было высажено 7750 человек 2. К этому же времени воздушно-десантные отряды американцев захватили два крупных аэродрома на территории Марокко. Сопротивление оборонявшихся французских частей, по существу на этом прекратилось.

В районе Орана американские войска высаживались на побережье к западу и востоку от города. Французские части, в том числе береговые батареи, пытались оказать сопротивление десантам западных союзников. В частности, попытка английских сторожевых кора'блей захватить Оран прямой атакой с моря привела к потере двух кораблей и большей части находившихся на них десантников. Всего на этом участке союзные войска потеряли немногим более 600 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести 3. 10 ноября гарнизон Орана капитулировал.

В районе Алжира высадка десанта проходила без противодействия французского гарнизона. Уже к вечеру 8 ноября город был занят. 10 ноября несколько транспортов с английскими войсками вышли из Алжира для захвата порта Бужи, гарнизон которого на следующий день капитулировал без единого выстрела.

В целом, по свидетельству гитлеровского адмирала В. Маршалля, оборона французских войск, находившихся в Северной Африке, была скорее символической, чем действительной 4. Через три дня после начала высадки, 10 ноября, генерал Кларк и дипломатический представитель Вашингтона в странах Магриба 5 Р. Мэрфи встретились в Алжире с главнокомандующим вооруженными силами правительства Виши адмиралом Ж. Дарланом и генералом А. Жиро 6. После непродолжительного совещания, в ходе которого была достигнута договоренность о мирном урегулировании создавшейся ситуации, Дарлан отдал приказ французским сухопутным, морским и воздушным силам в Африке полностью прекратить сопротивление западным союзникам и соблюдать строжайший нейтралитет.

Американо-английские войска получили возможность беспрепятственно продвигаться на восток. К середине ноября они, заняв территорию Марокко и Алжира, вступили в Тунис. К 1 декабря союзники высадили в Северной Африке уже 253 213 человек, из них 146 453 солдата и офицера американских войск и 106 760 британских 7.

Операция вторжения, несмотря на слабое сопротивление французской береговой обороны, показала, что вооруженные силы США и Великобританин имеют полную возможность и способны осуществить комбинированную операцию стратегического значения. За шесть дней высадки (8 - 13 ноября; союзники потеряли на море, в воздухе и на суше всего 2225 человек: 1083 убитыми, 1068 ранеными и 74 пропавшими без вести.

1 С. Роскилл. Флот и война, т. II, стр. 330.

2 Там же, стр. 330—331.

3 G. Ноwe. Northwest Africa: Seizing the Initiative in the West. Washington» 1957, p. 227.

4 Мировая война. 1939 —1945 годы, стр. 349.

5 Магриб — название стран, находящихся в Северной Африке и расположений к западу от Ливии (Тунис, Алжир, Марокко).

6 Генерал Жиро с 1940 г. находился в германском плену, затем бежал оттуда. Американцы наметили его в качестве будущего, главы французской администрации в странах Магриба. В Африку он был доставлен на американской подводной лодке.

7 G. Ноwe. Northwest Africa: Seizing the Initiative in the West, p. 679.

22 ноября союзное командование заключило с Дарланом соглашение, по которому получало большие права, однако административное управление формально оставалось за французами. Дарлан занял пост верховного комиссара Северной Африки, а Жиро принял в этом районе командование всеми французскими вооруженными силами, которые присоединились к союзникам.

Вторжение союзных сил в Северную Африку, по существу, не изменило внутриполитического положения стран Магриба. У власти остались ставленники правительства Виши. При молчаливом согласии союзников они продолжали проводить реакционную, антинародную политику. Томившиеся в тюрьмах антифашисты не были освобождены, проводились новые аресты. В центральной алжирской тюрьме продолжали оставаться в неволе 27 коммунистов — депутатов Национального собрания Франции, осужденных за борьбу против германского фашизма и его вишистских приспешников. Член ЦК Французской коммунистической партии Ф. Ьонт вспоминает, что заключенные коммунисты неоднократно обращались с письмами к верховному комиссару, требуя своего освобождения. Но тщетно. Тогда они направили послание Эйзенхауэру, обращая его внимание на то, что через полтора месяца после высадки западных союзников в Алжире «тысячи французских патриотов: коммунистов, деголлевцев и других убежденных противников гитлеризма из метрополии и Северной Африки — продолжают оставаться в концентрационных лагерях по приказу верховного комиссара» 2. Это обращение также осталось без ответа( Только в феврале 1943 г. под давлением мирового общественного мнения антифашисты в Северной Африке были освобождены.

Получив сообщение о высадке американо-английских войск в Марокко и Алжире, Гитлер решил удерживать территорию Северной Африки , считая, что этим самым ему удастся улучшить положение отступавшей армии Роммеля, сохранить престиж рейха в глазах своих союзников, лишить англичан и американцев возможности упрочить свое положение на этом театре.

Вечером 10 ноября главнокомандующий германскими вооруженными силами на юге фельдмаршал А. Кессельринг получил директиву германского верховного главнокомандования, в которой говорилось о необходимости упредить западных союзников в захвате Туниса и создать там плацдарм итало-немецких войск. В соответствии с этой директивой по морю и воздуху началась интенсивная переброска войск в Тунис. В течение ноября из Франции и Италии в этот район были переброшены танковая и пехотная дивизии, вошедшие в оперативную группу «Неринг». В начале декабря эта группа была преобразована в 5-ю танковую армию под командованием генерала Ю. Арнима. Армия получила задачу совместно с отступавшими войсками Роммеля удержать Тунис.

В ответ на вторжение западных союзников в Северную Африку немецко-фашистское командование двинуло свои войска на юг Франции. Они пересекли демаркационную линию и оккупировали всю французскую территорию.

В эти напряженные дни, в конце ноября, потопление и вывод из строя 60 боевых кораблей французского военно-морского флота моряками-патриотами привели к изменению соотношения сил в Средиземном море в пользу западных союзников.

1 Playfair, С. Мо1оnу. The Mediterranean and Middle East, vol. IV,

2 Воnte Certitude de Victoire. Paris, 1951, p. 77, 80. 3 KTB/OKW, Bd. II, S. 116.

Первое столкновение частей итало-немецкой оперативной группы «Неринг» и англо-американских войск произошло 17 ноября западнее Бизерты. Во второй половине ноября войска западных союзников, продвигаясь из Алжира в восточном направлении, достигли западной части Туниса. Они вышли на дальние подступы к таким крупным городам и портам, как Тунис и Бизерта, преодолев за две недели 900 км. Однако дальнейшее наступление экспедиционных сил было остановлено противником. Более того, в первую декаду декабря итало-немецкие войска предприняли ряд успешных контратак.

Американо-английское командование, не желая рисковать, пришло к выводу, что в сложившейся обстановке с ходу овладеть восточной частью Туниса будет трудно, и приступило к наращиванию сил. К концу января 1943 г. численность армии западных союзников превысила 400 тыс. человек, из них только американцев было около 261 тыс. человек. Кроме того, к ним присоединились 200 тыс. человек французских войск.

Итало-немецкое командование также стремилось использовать время для усиления своей группировки и всемерного укрепления обороны. С ноября 1942 г. по конец января 1943 г. в Северную Африку по воздуху и морем было переброшено дополнительно около 112 тыс. солдат и офицеров, из них только в Тунис 107 тыс. человек 1.

До февраля 1943 г. сухопутные войска воюющих сторон вели ограниченные действия. Авиация же проявила довольно высокую активность. Причем военно-воздушные силы Великобритании и США, имея подавляющее превосходство, значительно превзошли авиацию противника по количеству самолето-вылетов, о чем свидетельствуют данные таблицы 15.

Таблица 15. Количество самолето-вылетов и потери авиации с 22 ноября по 26 декабря 1942 г. 2

Даты

ВВС западных союзников

Итало-немецкие ВВС

самолето­вылеты

потери

самолето­вылеты

потери

22-30 ноября

1890

52

1084

63

1-12 декабря

2748

54

1000

47

13-26 декабря

2660

36

1030

20

Итого

7298

142

3114

130

К началу февраля линия фронта проходила от города Седженан, на северном побережье Средиземного моря, на юг через Меджез-эль-Баб, западнее Пишон, Гафса. На правом крыле фронта находился 2-й американский корпус, в центре — 19-й французский корпус, на левом крыле — 1-я английская армия. Им противостояли соединения 5-й танковой армии противника.

8-я британская армия, понесшая потери в ходе боев, находилась перед линией Марет, протяженность которой достигала 35 км. На северо-востоке линия Марет примыкала к морю, а на юго-западе — к труднопроходимой возвышенности Матмата. Англичанам противостояли войска, возглавляемые Роммелем.

1 G. Howe. Northwest Africa: Seizing the Initiative in the West, p. 680, 683.

2 Playfair, С. Мо1оnу. The Mediterranean and Middle East, vol. IV, p. 179, 186, 189.

Командование западных союзников, стремясь не допустить соединения войск Роммеля с 5-й танковой армией, в первых числах февраля сипами 2-го американского корпуса предприняло наступление на правом "крыле фронта. Корпусу предстояло, наступая из района Сбейтла через Макнаси на юго-восток, выйти к заливу Габес, отрезать итало-немецким войскам пути отхода с линии Марет на север и во взаимодействии с 8-й армией уничтожить их. Однако этот план осуществить не удалось. Перешедшие в наступление американские войска были контратакованы немецкими танковыми частями и отброшены в исходное положение. Для возобновления наступления американское командование вынуждено было провести дополнительную подготовку.

Тем временем командование фашистских войск предприняло контрмеры с целью сорвать готовящееся новое наступление. 14 февраля 2 немецкие танковые дивизии нанесли внезапный удар из района к северу от Макнаси по войскам 2-го корпуса. Воспользовавшись недостаточной готовностью американцев к отражению контрудара, отсутствием у них боевого опыта и необходимой стойкости в обороне, немцы продвинулись на 150 км в северо-западном направлении к Кассерин и создали угрозу аэродромам американской тактической авиации. Разгромив бронетанковую дивизию, они прорвались через Кассеринский горный проходи вышли во фланг 1-й английской армии. 2-й американский корпус потерял 2866 человек пленными 1. Американо-английское командование вынуждено было предпринять чрезвычайные меры по ликвидации нависшей угрозы: срочно перебросило к участку прорыва бронетанковую дивизию с частями усиления и привлекло сюда крупные силы авиации. К 23 февраля наступление немецких войск приостановилось, а к 3 марта они были отброшены на исходные позиции. После этого положение сторон временно стабилизировалось. Военные действия в Тунисе приняли затяжной характер. В действиях войск западных союзников недоставало решительности, несмотря на общее выгодное соотношение в силах.

Советское военно-политическое руководство обращало внимание глав правительств США и Англии на неоднократные переносы сроков окончания военных действий в Тунисе. 16 февраля 1943 г. Сталин писал Рузвельту: «...раньше намечавшиеся на февраль сроки окончания военных операций в Тунисе теперь откладываются на апрель». Однако и этот срок не был окончательным. 16 марта советское руководство вновь отметило, что «англо-американские операции в Северной Африке не только не ускоряются, но откладываются на конец апреля, причем даже и этот срок Указывается не совсем определенно» 2.

Пассивность союзных вооруженных сил в Тунисе давала немецкому командованию возможность маневрировать резервами, перебрасывать их с запада на советско-германский фронт, где в это время происходили ожесточенные сражения в Донбассе, на харьковском и курском направлениях.

В первой половине марта союзное командование приступило к подготовке очередной наступательной операции с целью окончательного разгрома противника и овладения всей территорией Туниса. Операцию планировалось осуществить в два этапа: сначала разгромить южную группировку итало-немецких войск, расположенную на линии Марет, а затем внести поражение основным силам 5-й танковой армии, захватить порты Бизерта, Тунис и, таким образом, овладеть всей Северной Африкой.

1 Playfair, С. Мо1опу. The Mediterranean and Middle East, vol. IV, Р. 294

2 Переписка Председателя Совета Министров СССР, т. II, стр. 55, 58.

Во второй половине марта, когда началось наступление западных союзников, в Тунисе действовала итало-немецкая группа армий «Африка под командованием Роммеля. Она состояла из 5-й немецкой танковой и 1-й итальянской армий, имевших 17 дивизий (7 немецких и 10 итальянских) и 2 бригады. Части имели некомплект в личном составе и вооружении, испытывали значительные трудности со снабжением, подвергаясь блокаде с суши, моря и воздуха.

Войска западных союзников, сведенные в 18-ю группу армий под командованием генерала Г. Александера 1 имели 18 дивизий (4 американские, 12 британских и 2 французские) и 2 бригады. Союзные соединения были полностью укомплектованы, отлично оснащены боевой техникой в вооружением и не испытывали особых трудностей со снабжением. В целом западные союзники имели двойное превосходство над противником в пехоте, тройное — в артиллерии и четырехкратное — в танках 2.

В соответствии с планом наступление 2-го американского корпуса началось утром 17 марта после ударов авиации и короткой артиллерийской подготовки в общем направлении на Макнаси, залив Габес. Однако наступление развивалось в низком темпе. Противник успел подтянуть на это направление танковые части и контратаками остановил корпус в районе Макнаси. Выйти в тыл южной группировки итало-немецких войск союзникам не удалось.

Вечером 20 марта, когда продвижение 2-го корпуса было уже приостановлено, после артиллерийской подготовки перешла в наступление 8-я британская армия, наносившая главный удар на приморском направлении. Армия имела в своем составе около 190 тыс. человек и 500 танков. Ей противостояла группировка противника, насчитывавшая 100 тыс. человек и до 200 танков. Одновременно часть сил британских войск должна была осуществить обходный маневр на левом фланге 8-й армии. В течение нескольких дней наступавшим серьезного успеха добиться не удалось: итало-немецкие войска, действовавшие против 30-го корпуса на главном направлении, неоднократно переходили в контратаки и упорно удерживали занимаемый рубеж. Не привели к сколько-нибудь значительным результатам и попытки англичан прорвать вражескую неглубокую оборону таранным танковым ударом на узком участке без артиллерийской подготовки. Только в ночь на 28 марта, когда английские бронечасти 10-го корпуса, совершив маневр по труднопроходимой местности, обошли линию Марет с юго-запада и создали реальную угрозу правому флангу и тылу противника, итало-немецкое командование приказало своим соединениям отходить на север. Успешно ведя арьергардные бои и задерживая американо-английские части на промежуточных рубежах, итало-немецкие войска к середине апреля организованно отступили сначала на оборонительный рубеж северо-западнее Габеса, а затем на рубеж Энфидавиль, Джебибина. Теперь они удерживали лишь небольшую территорию на северо-востоке Туниса. II на этот раз действия западных союзников не отличались решительностью, несмотря на превосходство в силах на суше, море и в воздухе. Происходило как бы «выталкивание» противника. Такая пассивная форма ведения операции затягивала завершение военных действий в Тунисе.

После перегруппировки сил на север американо-англо-французские войска 20 апреля возобновили наступление. 8-я британская армия нанесла удар с рубежа Энфидавиль, Джебибина в северном направлений, американские, часть английских и французские войска наступали с запада на восток в направлении городов Бизерта и Тунис.

1 Подчинялся верховному главнокомандующему генералу Эйзенхауэру.

2 Playfair, С. Моlопу. The Mediterranean and Middle East, vol. 1 p. 432, 485; Вторая мировая война 1939 — 1945 гг., стр. 518.

К этому времени военно-воздушные силы союзников в Северной Африке, насчитывавшие ( тыс. самолетов, полностью господствовали в воздухе. Если в итало-немецких войсках оставалось всего 120 танков и 500 орудий, то западные союзники имели 1,1 тыс. танков и около 2 тыс. орудий 1. Несмотря на это, их войска в течение двух недель не могли добиться ощутимых результатов. Только после дополнительной подготовки и сосредоточения группировки войск на узком участке фронта в районе Меджез-эль-Баба им удалось до 7 мая прорвать оборону противника, продвинуться на запад, выйти на побережье и занять город Тунис. В это же время американские войска, наступавшие на северном участке фронта, заняли Бизерту. Дни итало-немецкой группы армий «Африка» были сочтены. Не располагая транспортными средствами для эвакуации и не имея возможности сопротивляться далее, 13 мая ее войска капитулировали. В целом страны оси потеряли в Тунисе свыше 300 тыс. солдат и офицеров, из них 30 тыс. убитыми, 26 500 ранеными и до 240 тыс. пленными 2 (в том числе 125 тыс. немцев). Союзники за всю кампанию потеряли немногим более 70 тыс. человек, из них 10290 убитыми 3.

Военные действия в Северной Африке закончились. В ходе Тунисской операции американо-английское командование и войска приобрели первый опыт ведения наступления значительного размаха против искусно оборонявшегося противника.

1 История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 —1945, т. 3, р. 554.

2 В трудах некоторых историков количество пленных определяется 130—150 тыс. Человек (В. Liddе1 Hart. History of the Second World War. London, 1970, p. 431; A. Taylог. The Second World War. An Illustrated History. London, 1975, p. 172).

3 W. Вaum, E. Weiсhоld. Der Krieg der «Achsonmachte» im Mittelmeer-raum. Die Strategie der Diktatoren. Gottingen, 1973, S. 327; M. Howard. Grand strategy. Vol. IV. August 1942 — September 1943. London, 1972, p. 354; G. Howe. Northwest Africa: Seizing the Initiative in the West, p. 675.

Оглавление. Коренной перелом в войне

www.protown.ru

Северо-Африканская кампания » Военное обозрение

Северо-Африканская кампания, в рамках которой союзные войска и страны «оси» провели серию атак и контрнаступлений в пустынях Северной Африки, продлилась с 1940 по 1943 год. Ливия уже несколько десятилетий являлась итальянской колонией, а соседний Египет находился под контролем Великобритании еще с 1882 года. Когда в 1940 году Италия объявила войну странам антигитлеровской коалиции, между двумя государствами сразу же начались боевые действия. В сентябре 1940 года Италия вторглась в Египет, но в декабре этого же года состоялось контрнаступление, в результате которого британские и индийские войска захватили в плен около 130 тысяч итальянцев. В ответ на поражение Гитлер направил на фронт недавно сформированный Африканский корпус под командование генерала Эрвина Роммеля. На территории Ливии и Египта состоялись несколько затяжных ожесточенных битв. Поворотным моментом в войне стало Второе сражение при Эль-Аламейне в конце 1942 года, во время которого 8-я армия генерал-лейтенанта Бернарда Монтгомери разгромила и вытеснила войска гитлеровской коалиции из Египта в Тунис. В ноябре 1942 года в рамках операции «Факел» Британия и США высадили на западное побережье Северной Африки тысячи военнослужащих. В результате операции к маю 1943 года силы антигитлеровской коалиции окончательно разгромили армию нацистского блока в Тунисе, положив конец Войне в Северной Африке. (45 фотографий) (См. все части цикла ”Хроники Второй мировой”)

Британский пилот, имеющий большой опыт полетов в условиях пустыни, совершает посадку истребителя «Kittyhawk», находящегося на вооружении эскадрильи «Sharknose», во время песчаной бури в Ливийской пустыне, 2 апреля 1942 года. Механик, который сидит на крыле самолета, указывает пилоту направление. (AP Photo)

Австралийские войска наступают на немецкий опорный пункт под покровом дымовой завесы в Западной пустыне на Севере Африки, 27 ноября 1942 года. (AP Photo)

Немецкий генерал Эрвин Роммель едет во главе 15-й танковой дивизии между Тобруком и Сиди-Омаром, Ливия, 1941 год. (NARA)

Австралийские солдаты шагают за танками во время репетиции наступления в песках Северной Африки, 3 января 1941 года. Пехота сопровождала танки в качестве меры предосторожности на случай воздушного налета. (AP Photo)

Немецкий пикирующий бомбардировщик Юнкерс Ю-87 «Штука» атакует британскую базу близ Тобрука, Ливия, октябрь 1941 года. (AP Photo)

Летчик Королевских ВВС Великобритании устанавливает крест из обломков на могиле итальянских пилотов, самолеты которых разбились во время сражения в Западной пустыне в Мерса-Матрухе, 31 октября 1940 года. (AP Photo)

Бронетранспортёр «Брен Кэрриер» находился на вооружении австралийских конных войск в Северной Африке, 7 января 1941 года. (AP Photo)

Британские танкисты смеются над комиксами в итальянской газете в зоне боевых действий в Северной Африке, 28 января 1941 года. Один из них держит на руках щенка, найденного во время взятия Сиди-Баррани, одного из первых итальянских опорных пунктов, капитулировавших во время Войны в Северной Африке. (AP Photo)

Итальянская летающая лодка, атакованная истребителями Королевских ВВС Великобритании, горит недалеко от побережья Триполи. Тело итальянского летчика плавает в воде возле левого крыла. (AP Photo)

Британские источники утверждают, что на этом снимке находятся итальянские солдаты, погибшие от британского артиллерийского огня к юго-западу от Газалы во время одного из ливийских сражений в январе 1942 года. (AP Photo)

Один из итальянских военнопленных, схваченных в Ливии и отправленных в Лондон, в фуражке Африканского корпуса, 2 января 1942 года. (AP Photo)

Итальянские передовые позиции близ Тобрука, Ливия, 6 января 1942 года. (AP Photo)

Британские бомбардировщики «Бристоль Бленхейм» отправляются на рейд в Киренаики, Ливия, в сопровождении истребителей, 26 февраля 1942 года. (AP Photo)

Британские разведчики следят за передвижением врага по Западной пустыне недалеко от египетско-ливийской границы в Египте, февраль 1942 года. (AP Photo)

Талисман эскадрильи Королевских ВВС Великобритании в Ливии, обезьяна по кличке Бас, играет с пилотом истребителя «Tomahawk» в Западной пустыне, 15 февраля 1942 года. (AP Photo)

Этот гидросамолет находился на вооружении службы спасения Королевских ВВС Великобритании на Ближнем Востоке. Он патрулировал озера в дельте Нила и оказывал помощь пилотам, которые совершали вынужденные посадки на воду. Фотография была сделана 11 марта 1942 года. (AP Photo)

Британский солдат, раненный во время сражения в Ливии, лежит на койке в палатке полевого госпиталя, 18 июня 1942 года. (AP Photo/Weston Haynes)

Британский генерал Бернард Монтгомери, командующий 8-й британской армией, наблюдает за битвой в Западной пустыне с орудийной башни танка M3 «Грант», Египет, 1942 год. (AP Photo)

Противотанковые орудия на колесах обладали высокой мобильностью и могли быстро перемещаться по пустыне, нанося врагу неожиданные удары. На фото: передвижное противотанковое орудие 8-й армии стреляет в пустыне в Ливии, 26 июля 1942 года. (AP Photo)

Этот снимок сцены воздушного налета на авиабазу стран «оси» «Martuba», которая находится недалеко от города Дерна в Ливии, был сделан с борта южноафриканского самолета, принимавшего участие в рейде, 6 июля 1942 года. Четыре пары белых полос внизу – это пыль, поднимаемая самолетами гитлеровской коалиции, которые пытаются избежать бомбардировки. (AP Photo)

Во время своего пребывания на Ближнем Востоке премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль посетил Эль-Аламейн, где встретился с командирами бригад и дивизий, а также осмотрел личный состав австралийских и южноамериканских военных формирований в Западной пустыне, 19 августа 1942 года. (AP Photo)

Летящий на малой высоте самолет Королевских ВВС Великобритании сопровождает новозеландские автомобили, которые направляются в Египет, 3 августа 1942 года. (AP Photo)

Британские войска патрулируют Западную пустыню в Египте на американском танке М3 «Стюарт», сентябрь 1942 года. (AP Photo)

Караульный охраняет раненного немецкого офицера, найденного в пустыне в Египте в первые дни британского наступления, 13 ноября 1942 года. (AP Photo)

Некоторые из 97-ми немецких военнопленных, схваченных Британской армией во время нападения на Тель-эль-Эйсу в Египте, 1 сентября 1942 года. (AP Photo)

Союзный конвой, сопровождаемый авиацией и морскими судами, плывет по направлению к Французской Северной Африке близ Касабланки во Французском Марокко во время операции «Факел», крупного британско-американского вторжения в Северную Африку, ноябрь 1942 года. (AP Photo)

Американские десантные баржи направляются к берегу Федалы во Французском Марокко во время десантной операции в начале ноября 1942 года. Федала располагалась в 25 км к северу от Касабланки, Французское Марокко. (AP Photo)

Силы антигитлеровской коалиции высаживаются на берег недалеко от Касабланки во Французском Марокко и идут по следам, оставленным предыдущим отрядом, ноябрь 1942 года. (AP Photo)

Американские солдаты со штыками сопровождают представителей итало-германской комиссии по перемирию в Марокко к месту сбора для отправления в Федалу к северу от Касабланки, 18 ноября 1942 года. На членов комиссии неожиданно напал американский десант. (AP Photo)

Французские солдаты, направляющиеся на линию фронта в Тунисе, пожимают руки американским солдатам на железнодорожной станции в Оране, Алжир, Северная Африка, 2 декабря. (AP Photo)

Солдаты американской армии (в джипе и с пистолетом-пулеметом) охраняют опрокинувшийся корабль «S. S. Partos», который получил повреждения, когда в североафриканском порту высадились союзные войска, 1942 год. (AP Photo)

Немецкий солдат пытался спрятаться в бомбоубежище во время атаки сил антигитлеровской коалиции в Ливийской пустыне, но не успел, 1 декабря 1942 года. (AP Photo)

Пикирующий бомбардировщик ВМС США взлетает с дороги недалеко от Сафи, Французское Марокко, 11 декабря 1942 года. (AP Photo)

Бомбардировщики B-17 «Летающая крепость» сбрасывают осколочные бомбы на стратегически важный аэродром «El Aouina» в городе Тунис, Тунис, 14 февраля 1943 года. (AP Photo)

Американский солдат с пистолетом-пулеметом осторожно подступается к немецкому танку, чтобы пресечь попытки экипажа к бегству, после сражения с американскими и британскими противотанковыми подразделениями в городе Medjez al Bab, Тунис, 12 января 1943 года. (AP Photo)

Немецкие военнопленные, схваченные во время нападения сил антигитлеровской коалиции на немецко-итальянские позиции в городе Сенед, Тунис, 27 февраля 1943 года. Солдату без фуражки всего 20 лет. (AP Photo)

Две тысячи итальянских военнопленных маршируют за бронетранспортером «Брен Кэрриер» по пустыне в Тунисе, март 1943 года. Итальянские солдаты были захвачены в плен недалеко от Эль-Хаммы, когда их немецкие союзники бежали из города. (AP Photo)

Зенитный огонь формирует защитный экран над Алжиром в Северной Африке, 13 апреля 1943 года. Артиллерийский огонь был сфотографирован во время обороны Алжира от гитлеровской авиации. (AP Photo)

Итальянские пулеметчики сидят возле полевого орудия среди зарослей кактусов в Тунисе, 31 марта 1943 года. (AP Photo)

Генерал Дуайт Д. Эйзенхауэр (справа), главнокомандующий союзными войсками в Северной Африке, подшучивает над американскими солдатами во время осмотра на фронте боевых действий в Тунисе, 18 марта 1943 года. (AP Photo)

Заколотый штыком немецкий солдат лежит, оперевшись на миномет, в городе Тунис, Тунис, 17 мая 1943 года. (AP Photo)

Радостные жители Туниса приветствуют союзные войска, которые освободили город. На фото: жительница Туниса обнимает британского танкиста, 19 мая 1943 года. (AP Photo)

После капитуляции стран «оси» в Тунисе в мае 1943 года союзные войска взяли в плен более 275 тысяч солдат. На фото, сделанном с борта самолета 11 июня 1943 года, видны тысячи немецких и итальянских солдат. (AP Photo)

Актриса комедийного жанра Марта Рей развлекает военнослужащих 12-й воздушной армии США на окраине пустыни Сахара в Северной Африке, 1943 год. (AP Photo)

После победы над странами «оси» в Северной Африке, союзные войска начали подготовку к нападению на Италию с территории освобожденных государств. На фото: американский транспортный самолет пролетает над пирамидами в Гизе недалеко от Каира, Египет, 1943 год. (AP Photo/U.S. Army)

topwar.ru

Ланда Р.Г. «Вторая Мировая война и страны Магриба»

Книжная полка Analogopotom

 

Ланда Р.Г.

Вторая Мировая война и страны Магриба

Народы Азии и Африки. 1985. № 1. С. 63-73.

 

Накануне второй мировой войны Алжир, Тунис, Марокко, Ливия были заповедным полем и объектом конкурентной борьбы империалистических держав. Владевшая Ливией Италия с начала 20-х годов предъявляла претензии Франции, господствовавшей в остальных странах Магриба1. В среду итальянских иммигрантов в Тунисе внедрялись агенты фашистской охранки и члены фашистской партии, численность которых накануне войны достигла 20 тыс.2. Они захватили руководство итальянскими клубами, школами, больницами, спортивными и другими организациями, под вывеской которых нередко скрывались боевые дружины фашистов. Опираясь на них, Муссолини всерьез думал о захвате Туниса, особенно после позорной капитуляции Англии и Франции в Мюнхене осенью 1938 г. «Мюнхенский метод, — нагло писала фашистская печать Италии, — может и должен быть применен с не меньшим успехом, чтобы разрешить одну за другой все остающиеся еще неразрешенными проблемы. Так будет достигнуто более справедливое соотношение между потребностями и ресурсами великих держав, которые спасли мир в Мюнхене»3.

Эта недвусмысленная заявка на новый передел мира перекликалась и с давними претензиями гитлеровской Германии. Еще 19 ноября 1937 г. в беседе с английским министром иностранных дел лордом Галифаксом Гитлер ясно сформулировал свою позицию: «Между Англией и Германией имеется по существу только одно разногласие: колониальный вопрос»4. В числе поставленных фюрером перед «третьим рейхом» задач фигурировала и следующая: «осенью 1941 г. — захват Гибралтара (с согласия Франко или без него), закрытие Средиземноморья с запада, затем создание немецкого бастиона в Северо-Западной Африке, нацеленного против Америки»5. Этот бастион начал создаваться сразу после прихода нацистов к власти. Особое внимание было обращено на испанскую зону Марокко, в которой действовала давно налаженная (кое-где еще с 1905 г.) сеть германских шпионских групп. С началом гражданской войны в Испании Сеута и Мелилья были превращены в германские военные базы. В Тетуане было создано «Бюро национальной обороны», которое забрасывало своих агентов во французскую зону и провоцировало там выступления против Франции6.

Испанская зона Марокко явилась главным плацдармом возглавившего фалангистский мятеж генерала Франко. С помощью подкупленных феодалов, безудержной спекуляции на национальных и религиозных чувствах марокканцев и щедрых (хоть и несбыточных) обещаний Франко провел массовую мобилизацию боеспособных мужчин многих горных племен, из которых в первые месяцы мятежа были сформированы несколько дивизий общей численностью 100 тыс. человек. Именно этим войскам и сброду авантюристов из Иностранного легиона Франко был обязан своими первыми успехами7.

Что касается Алжира, то здесь среди местных европейцев были сильны позиции фашистов и профашистов, спекулировавших на страхе крупных колонистов и капиталистов перед успехами Народного фронта во Франции. Они стремились сколотить «антибольшевистский» фронт Франции и Магриба с фашистской Италией и франкистской Испанией8. Грань между политическими симпатиями французских фашистов к Гитлеру, Муссолини и Франко и фактическим шпионажем в пользу последних была весьма условна.

Пропаганда фашистов (через германо-итальянские радиостанции, прессу, литературу, местных и засланных агентов) особенно интенсивно развернулась на Ближнем Востоке и в Северной Африке накануне войны. Державы «оси» всячески старались внушить арабам и берберам, что фашисты являются якобы их «естественными союзниками» в борьбе против британского и французского империализма. Гитлер, Муссолини, а позднее и Франко объявляли себя «покровителями ислама». Фашистская агентура буквально захлестнула Ближний Восток и Северную Африку9.

Результаты пропагандистской активности фашистов сказались как в Марокко, так и в Ливии, где уже в 1935-1936 гг. были созданы первые воинские части из ливийцев, сражавшиеся в составе итальянской армии в Эфиопии. Подкуп феодалов и высшего мусульманского духовенства, коварные приемы идеологической обработки дали возможность колониальным властям мобилизовать к осени 1940 г. в итальянскую армию до 50 тыс. ливийцев10. Часть их впоследствии сдалась в плен и совместно с ливийскими эмигрантами в Египте образовала особый корпус (14 тыс. солдат и 120 офицеров), с февраля 1941 г. участвовавший в боях против фашистов11.

Острота борьбы за Ближний Восток и Северную Африку определялась прежде всего их стратегическим и экономическим значением. Контроль над Средиземным морем, издавна находившийся в руках Англии и Франции, обеспечивал коммуникации метрополий с колониями в Африке, Западной и Южной Азии, т. е. источниками нефти, сырья и продовольствия. Державы «оси» еще до начала войны стремились вырвать этот контроль из рук соперников, чем и объяснялись их планы в Испании и Марокко, претензии на Тунис и часть Алжира.

Вступление Франции в войну в сентябре 1939 г. означало для стран Магриба мобилизацию в армию наиболее трудоспособной части населения, подчинение экономики военным нуждам метрополии, но прежде всего разгул репрессий и прекращение легальной деятельности национальных партий и организаций, большинство которых уже с 1937 г. находилось в подполье. Особенно яростным преследованиям подверглись коммунисты. Вслед за этим последовал период «странной войны», во время которого правящие круги Франции, словно забыв о действительном противнике — гитлеровской Германии, которую они «не хотели сердить», гораздо больше были озабочены планами войны с СССР. Однако поражение в мае-июне 1940 г. и капитуляция французской армии привели к оккупации большей части метрополии немецкими войсками. В неоккупированной Франции с центром в г. Виши был установлен профашистский режим маршала Петэна, во всех вопросах, включая колониальные, проводивший угодную Гитлеру политику. Резко обострило обстановку в Магрибе (и вообще в Средиземноморье) вступление в войну Италии 10 июня 1940 г. Но наступление ее танковых частей на Тунис было отбито французской авиацией.

Франция Петэна не хотела сопротивляться державам «оси», хотя возможности для этого и были12. Позорное капитулянтство и низкопоклонство перед фашистской Германией один из виновников июньской катастрофы 1940 г., генерал Вейган, без тени смущения назвал «бескровной революцией одновременно антикапиталистического и антимарксистского характера, во многом, конечно, близкой к тому, что было совершенно в Германии»13. Именно Вейган, ставший в октябре 1940 г. генеральным делегатом правительства Виши в Северной Африке, т. е. неограниченным правителем Магриба, и попытался в дальнейшем совмещать антикоммунизм и антисоветизм с проамериканизмом и англофилией14. Однако он не мог помешать прибывшим в Магриб (в соответствии с актом о капитуляции 1940 г.) смешанным германо-итальянским «комиссиям по наблюдению за соблюдением условий перемирия» вывозить из Марокко, Алжира и Туниса все необходимое Германии и Италии (железную руду, цветные металлы, фосфаты, топливо, сырье, вино, продовольствие), вследствие чего экономическое положение стран Магриба резко ухудшилось.

Несмотря на это, «сеньоры» французской колонизации в Магрибе продолжали сотрудничать с державами «оси», поставляя, в частности, за двойную цену весь урожай фруктов и овощей для германо-итальянских войск на советско-германском и египетском фронтах15. Президент объединения аграрных, торговых и промышленных палат Алжира Л. Морар выступал за прочный «контакт с Германией» и налаживание ее торговли с Алжиром16. Наиболее богатые «сеньоры» Алжира скупали акции немецких трестов и, образовав «Заморский комитет судовладельцев Франции», выдавали экспорт в Германию за якобы «перевозки, предназначенные для метрополии»17. Державы «оси» грабили Магриб, как и оккупированную Францию, вследствие чего уже в 1942 г. в ряде районов начался голод. «Урожаи падали, — пишет французский историк Ш.-Р. Ажерон. — Оставшемуся без промышленности Алжиру не хватало удобрений, фабричных товаров, одежды. На самых бедных обрушились новые страдания»18.

Внутриполитическая обстановка в Магрибе, несмотря на жестокие полицейские преследования была крайне нестабильна. Во многом сказывались ослабление Франции вследствие ее поражения в июне 1940 г. и обострение по этой причине межимпериалистических противоречий по поводу Магриба. Германия, Италия, Испания стремились вырвать контроль над Магрибом из рук правительства Виши19. «В 1941 г. Алжир стал для немцев разменной монетой. Был поднят вопрос о его разделе: область Константины с Тунисом отошла бы к Италии, Орания — к Испании, область г. Алжира осталась бы за Францией»20. Однако этот план не осуществлялся из-за грызни между фашистскими лидерами: Франко, потребовав за вступление в войну передачи ему всего Марокко, Мавритании и запада Алжира, в конечном счете поостерегся официально вступить в войну, за что Гитлер и лишил его «премии» как «неблагодарного труса»21. Более того, ряд секретных планов Гитлера предусматривал оккупацию Испании без согласия Франко с последующим ударом по Гибралтару и Магрибу22. Еще менее был склонен фюрер считаться с амбициями дуче, к тому времени неоднократно битого в Эфиопии, Ливии и Греции.

По требованию Гитлера правительство Виши приступило к строительству Транссахарской железной дороги, которая соединяла бы порт Оран в Алжире с Дакаром в Сенегале. Это нужно было для намечавшейся переброски немецких войск в Дакар с последующей высадкой их на Американском континенте, а также для вывоза риса и хлопка из Западной Африки в Германию. Значение планировавшейся дороги выявилось уже в 1940 г., после атак британского флота и авиации против ВМС и ВВС Виши в Мерс эль-Кебире (под Ораном) в июле и в Дакаре в сентябре. Дав ничтожные результаты в военном плане, эти атаки оказались на руку вишистам, развернувшим ожесточенную кампанию против англичан и де Голля. Косвенно они даже заставили немцев поторопиться с установлением контроля над имевшими военное значение портами Магриба, в частности Касабланкой и Бизертой.

В сентябре 1940 г. итальянская армия маршала Грациани, вторгшись из Ливии, продвинулась в глубь египетской территории на 90 км. Но британская группировка «Нил» перешла в декабре 1940 г. в контрнаступление и выбила Грациани из Египта. В январе 1941 г. англичане заняли восточную часть Ливии — Киренаику, полностью разгромив итальянские войска: 150 тыс. итальянцев попали в плен и только 10 тыс. поспешно отступили на запад, в Триполитанию. Спасая своего незадачливого союзника, немцы в феврале 1941 г. направили в Ливию бронетанковый «Африканский корпус» генерала Роммеля и 250 самолетов23. После этого германо-итальянцы в течение двух недель в марте-апреле 1941 г. выбили англичан из Ливии (за исключением осажденной крепости Тобрук). Дальнейшее наступление фашистов быстро выдохлось: Роммель не только не получил новых пополнений, но и лишился почти всей авиации, переброшенной в Румынию для последующего участия в нападении гитлеровской Германии на СССР. После долгих позиционных боев в мае-октябре 1941 г. Роммель был принужден в ноябре-декабре 1941 г. отступить на 900 км в глубь Ливии, потеряв 25 тыс. убитыми и ранеными, а 36 тыс. — пленными24. Но уже в январе 1942 г. при помощи прибывших немецких частей, имевших опыт боевых действий в Европе25, Роммель смог нанести контрудар и отбить у англичан большую часть занятой ими территории. Лишь к маю 1942 г. его армия примерно уравнялась с силами англичан, достигнув численности 100 тыс. человек26.

Возросшая помощь немецкой авиации позволила свести к минимуму потери германо-итальянского флота от ударов ВВС и ВМС Англии. Это дало возможность улучшить снабжение фашистской армии и позволило ей добиться новых успехов в июне 1942 г. Наиболее глубоко за все время войны она продвинулась в Египет, остановившись у Эль-Аламейна (всего в 100 км от Александрии). Однако ее положение стало быстро ухудшаться в связи с тем, что Гитлер снова приказал «снять со Средиземного моря авиацию, которая ему нужна была на русском фронте»27. В результате соотношение сил в воздухе резко изменилось: на 120-140 германо-итальянских самолетов приходилось 600 британских28. Кроме того, армия фашистов в Африке испытывала острую нехватку вооружения, боеприпасов и горючего, потери в которых почти не возмещались ввиду сосредоточения главных сил и резервов держав «оси» на советско-германском фронте, где с июля 1942 г. развернулась Сталинградская битва. Скудные поставки из Италии часто не доходили до Роммеля: осенью 1942 г. 30-40 % судов с грузами для его армии были потоплены29. Тем не менее прибывший в Ливию Муссолини готовился к триумфальному въезду в Каир по примеру древнеримских цезарей, приказав выбить медали «в честь завоевания Египта»30.

Задача Роммеля не ограничивалась захватом Египта. Еще в июле 1941 г. командование вермахта составило план наступления через Кавказ на Иран, предусматривавший последующее соединение с африканской армией «лисы пустыни» в Ираке, куда Роммель должен был прорваться через долину Нила и Палестину. Потерпев крах под Москвой, гитлеровцы вынуждены были отказаться от этого плана в 1941 г. и вернулись к нему летом 1942 г. во время наступления на Сталинград и Кавказ. Но гигантские масштабы сражения под Сталинградом вынудили германское командование перебросить туда 31 из 60 дивизий, действовавших на кавказском направлении. Сюда же были брошены все резервы вермахта, предназначенные и для похода в Иран, и для «Африканского корпуса» Роммеля.

23 октября 1942 г. 8-я английская армия генерала Монтгомери перешла в наступление и, прорвав 4 ноября германо-итальянский фронт, погнала фашистские войска на запад31. Одновременно 8 ноября шесть американских и одна английская дивизия высадились в Марокко и Алжире и, преодолевая сопротивление армии Виши, к концу месяца заняли территорию этих стран и западную часть Туниса32. Наиболее серьезные бои при этом развернулись в Марокко -Касабланке, Федале, Порт-Лиотэ, а в Алжире — в г. Оран. К моменту прекращения боев 11 ноября союзники потеряли 3 тыс. человек убитыми и ранеными, 70 самолетов и много транспортных судов33. Однако в целом армия Виши почти не воевала. Одна ее часть сочувствовала де Голлю и переходила на сторону союзников, другая часть колебалась, и лишь меньшинство было готово следовать за главнокомандующим Жюэном, который утверждал, что «сражаться под командованием маршала Роммеля — это честь», и еще в январе 1942 г. приказал обеспечить «дружественный прием» итало-германцам и «воспрепятствовать преследованию их британцами»34. Впрочем консул США Р. Мэрфи и посол США в Виши Лэги быстро уговорили Жюэна и прибывшего в Алжир заместителя Петэна адмирала Ф. Дарлана прекратить огонь, оставив всех вишистов на своих постах.

Если бы союзники захватили Тунис, армия Роммеля, еще находившаяся на востоке Ливии, была бы обречена. Но фашистам удалось оттянуть разгром своих войск путем молниеносной оккупации в ноябре 1942 г. территории восточного Туниса и замены развалившейся армии Виши германскими частями. Оккупировав одновременно и контролировавшуюся Петэном часть Франции, немцы перестали нуждаться в услугах администрации Виши в Магрибе. Все ее чиновники были высланы из Туниса 7 декабря 1942 г.35. К концу января 1943 г. итало-германская армия очистила Ливию и, заняв круговую оборону в Тунисе, пыталась нанести контрудары. Но преимущество союзников было подавляющим, и они, медленно сжимая кольцо с марта 1943 г., постепенно оттесняли фашистов к морю. Об утрате последними каких-либо надежд свидетельствовал отъезд Роммеля в Италию 5 апреля 1943 г.36. 12 мая прекратили сопротивление последние итало-германские части на п-ове Бон — северном выступе побережья Туниса. В плен были взяты 224 тыс. человек (2/3 из них — немцы), 16 немецких и 10 итальянских генералов37. Тем самым была окончательно ликвидирована фашистская угроза Африке и Ближнему Востоку.

На Западе еще в 1943 г., а также и впоследствии пытались военные действия в Северной Африке представить как якобы равноценные битве под Сталинградом38. Их даже называли «битвой за Тунисград»39. Некоторые авторы, главным образом англо-американские, указывали при этом на якобы сопоставимость цифр потерь фашистов под Сталинградом и в Северной Африке40. Но те же авторы сами себя опровергают, приводя данные об огромной разнице в боеспособности немецких войск на советско-германском фронте и в Африке, указывая, что фашисты в Ливии и особенно в Тунисе на завершающей стадии боев сдавались в плен, далеко не исчерпав всех возможностей сопротивления и даже не понеся сколько-нибудь значительных потерь41. Если сопоставить приведенные выше данные о пленных итало-германцах с названной У. Черчиллем общей численностью их войск в Северной Африке (250 тыс. человек)42, то станет ясно, что они потеряли в боях чуть более 10 % личного состава, что отнюдь не свидетельствует об ожесточенности их сопротивления43.

Следует напомнить также о том, что в октябре 1942 г. на советско-германском фронте находилось 266 фашистских дивизий, из них 193 немецких (включая 110 на южном крыле фронта), а в Египте в это же время действовало 12 фашистских дивизий, в том числе лишь 4 немецких44. Что же касается наиболее часто проводимого на Западе сравнения сражений под Сталинградом и Эль-Аламейном, то несопоставимость их масштабов неопровержимо доказывается следующими цифрами: под Сталинградом войска Германии и ее сателлитов насчитывали 1012 тыс. человек при 675 танках и 1216 самолетах, а под Эль-Аламейном — всего 80 тыс. человек при 540 танках и 350 самолетах45. Можно лишь удивляться тому, что союзники полгода топтались в Тунисе, обладая троекратным преимуществом — примерно 700 тыс. солдат и офицеров против 250 тыс. итало-германцев46. Они явно не спешили покончить с армией фашистов в Магрибе. Недоумение даже американской прессы вызвала медлительность войск США в Тунисе, упустивших еще в ноябре 1942 г. шанс отрезать армию Роммеля в Ливии от немецких десантов в Тунисе, что намного ускорило бы ликвидацию военных сил «оси» в Африке47. Подобная «неторопливость» могла быть объяснена лишь соображениями, далекими от общих интересов антигитлеровской коалиции48. Поэтому справедливо И. В. Сталин писал У. Черчиллю 15 марта 1943 г.: «Из Вашего сообщения видно, что англо-американские операции в Северной Африке не только не ускоряются, но откладываются уже на конец апреля. И даже этот срок указывается не совсем определенно. Таким образом, в самый напряженный период боев против гитлеровских войск, в период февраль-март, англо-американское наступление в Северной Африке не только не форсировалось, но и вообще не проводилось, а намеченные Вами же для него сроки отложены. Тем временем Германия уже успела перебросить с Запада против советских войск 36 дивизий, из них 6 — танковые. Легко понять, какие затруднения это создало для Советской Армии и как это облегчило положение немцев на советско-германском фронте» 49.

Тем не менее, несмотря на все негативные стороны тактики союзников в Магрибе (а нередко — вопреки им), ликвидация фашистского плацдарма на севере Африки, ставшая возможной во многом благодаря героической борьбе советского народа против гитлеровских агрессоров, объективно сыграла значительную роль в последующем изменении соотношения сил в ходе второй мировой войны. Позиции держав «оси» в Средиземноморье были существенно подорваны. Опираясь на базы и удобные порты Магриба, его людские и экономические ресурсы, союзные армии впоследствии развернули успешные операции на Сицилии и Корсике, в Италии и Южной Франции, что привело вскоре к выходу Италии из войны, усилению антифашистского движения в Европе и приближению окончательного краха фашизма.

Еще более серьезны для Магриба были внутренние последствия изгнания итало-германцев. В Ливии установление власти британской (в Киренаике и Триполитании) и французской (в Феццане) военной администрации привело к заметным социальным сдвигам: усилению местной феодальной и родоплеменной знати (особенно в Киренаике), торгово-компрадорской буржуазии (особенно в Триполитании), частичному вытеснению итальянского капитала английским, а позднее и американским, росту местной арабской интеллигенции (учившейся в основном в Египте и Англии) и бюрократии (прежде всего в конторах и управлениях иностранных и смешанных банков, коммерческих транспортных и иных компаний). Постепенно начали формироваться и органы ливийской (по составу) администрации50. Вернувшись на родину политэмигранты повели патриотическую агитацию, создавая с этой целью различные клубы и организации.

В дальнейшем судьба Ливии была решена в рамках ООН (также обязанной своим рождением итогам второй мировой войны). Немалую роль сыграло и обострение межимпериалистических противоречий, вызванное столкновением в Ливии интересов Англии, Франции, США и пытавшейся спасти хотя бы часть своих прежних позиций Италии. Но решающее значение оставалось за теми необратимыми изменениями, которые явились результатом второй мировой войны. К ним относятся и подъем патриотического движения во всех частях страны, и усиление влияния возникшей в 1945 г. Лиги арабских стран, и твердое осуждение Советским Союзом незаконности империалистических сделок за счет Ливии.

Наиболее кардинальные сдвиги в годы второй мировой войны произошли в Тунисе, Алжире и Марокко. «Оккупация большей части Франции и появление в Северной Африке военных, контрольных комиссий пошатнули авторитет Франции в мусульманском мире», — с горечью писал один из богатейших «сеньоров» Алжира — Л. Морар51. Тем не менее, и он сам, и другие «столпы» колонизации (крупнейший землевладелец Г. Фор, богатейший винодел А. Боржо, первый в стране судовладелец Л. Скъяффино и т. п.) активно сотрудничали с итало-германскими комиссиями. Все они лишь подражали администрации Виши в Магрибе, которая выделила в мае 1941 г. для нужд армии Роммеля 1100 грузовиков и разрешила ей пользоваться дорогами и портами Туниса52. Немецкие офицеры, техники, разведчики и инструкторы обосновались во многих портах и на аэродромах Магриба53.

Кроме немцев, на магрибинцев оказывали влияние также оживившиеся после 1940 г. сторонники ориентации на Испанию и Италию. Первые (в основном местные испанцы) были разбиты на роты и секции, имели оружие и подчинялись дисциплине фалангистской партии, получая субсидии из Мадрида и от богатых испанцев Орана. В Марокко и на западе Алжира они проповедовали «идею испанской оккупации»54. Итальянская миссия (около 200 человек) тоже не только усиленно обрабатывала своих соотечественников в Тунисе и на востоке Алжира, но и устраивала «тайные встречи с туземцами». Муссолини даже планировал превратить Тунис и восток Алжира в итальянские провинции «Нумидия» и «Цезарианская Мавритания»55. Однако Германия имела свои виды на Магриб. Не дав согласия на раздел «французского наследства», гитлеровцы в то же время демонстративно отпустили на родину 10 тыс. пленных магрибинцев — солдат французской армии56. Это дало им возможность выдавать себя чуть ли не за сторонников «полной независимости» стран Магриба. В действительности немцы поощряли сотрудничавший с ними режим Виши, даже ценой пренебрежения колониальными аппетитами Италии. В частности, в июне 1941 г. глава гитлеровского военного командования Кейтель в беседе с У. Кавальеро прямо заявил: «Создавшееся положение (т. е. подготовка нападения на СССР. -Р. Л.) вынуждает нас искать договоренности с Францией по вопросу о дальнейших действиях на Средиземном море. Вопрос об итальянских претензиях к Франции обсуждать не хочу. Гитлер заявил, что по этому поводу он не допускает никаких дискуссий»57.

В конечном итоге двойная игра гитлеровцев, так же как и итальянских фашистов была разоблачена. Это способствовало повышению уровня политической зрелости антиколониалистов Магриба и более точной их ориентации.

Подъем магрибинского национально-освободительного движения начался в конце 1942 г., после того как англо-американские войска, высадившиеся в Марокко и Алжире, в мае 1943 г. окончательно очистили Северную Африку от немецко-итальянских войск. В тунисской кампании союзников приняли участие и французские войска, как примкнувшие к англо-американцам после ноября 1942 г., так и вновь сформированные части, преимущественно из алжирцев, марокканцев, тунисцев, сенегальцев. К концу военных действий в Северной Африке эта армия насчитывала до 500 тыс. солдат. Впоследствии, после того как военные действия были перенесены в Европу, численность уроженцев Магриба во французских войсках еще более возросла. Одних алжирцев насчитывалось не менее 300 тыс.58.

Экономическое и военное ослабление Франции в результате июньской катастрофы 1940 г., обострение межимпериалистической борьбы за Северную Африку в годы войны, крах режима Виши и воплощавшейся им архиреакционной политики сочетания традиционного колониализма и фашистских методов управления, сокращение и даже прекращение в 1942-1944 гг. связей с метрополией — все эти факторы, действовавшие в условиях общей активизации антифашистско-демократических сил в связи с разгромом гитлеровцев на советско-германском фронте, резко изменили настроения большинства магрибинцев. Они способствовали пробуждению к политической жизни многих из них, прежде всего крестьян и городской мелкой буржуазии, в первую очередь страдавших от экономических тягот войны, неурожаев, мобилизаций, реквизиций, нехватки предметов первой необходимости и разгула «черного рынка». Это обстоятельство, равно как и радикализация, под влиянием многих из перечисленных выше факторов, ранее довольно умеренного национализма буржуазных и даже отчасти феодальных верхов коренного населения Магриба явилось причиной подъема освободительного движения североафриканских народов.

В Тунисе этот подъем начался еще до ноябрьского десанта союзников. В августе 1942 г. бей Туниса Мухаммед аль-Мунсеф, связанный с умеренным буржуазно-аристократическим крылом национального движения, представил вишистским властям проект либеральных реформ, который те отвергли. Однако после итало-германской оккупации Туниса в ноябре 1942 г. и фактического падения французского господства Мунсеф-бей сам решил провести некоторые из этих реформ и в декабре 1942 г. образовал (впервые после установления над страной французского протектората в 1881 г.) национальное правительство во главе с влиятельным деятелем торговой буржуазии Мухаммедом Шеником. Во внешней политике кабинет Шеника занимал позицию строгого нейтралитета и отказался поддерживать державы «оси», несмотря на оккупацию ими почти всего Туниса и невзирая на давление посла Италии, соблазнявшего Мунсеф-бея признанием полной независимости Туниса. После изгнания итало-германцев из Туниса правительство Шеника выразило готовность сотрудничать с французскими властями. Однако по приказу генерала Жиро (ставленника англо-американцев, соперничавшего с де Голлем и контролировавшего вплоть до июня 1943 г. французскую администрацию в Магрибе) это правительство было разогнано, а Мунсеф-бей низложен и выслан на юг Алжира, где и умер через несколько лет.

Тем не менее французские власти вынуждены были все же пойти на уступки, в частности разрешить деятельность компартии Туниса, героически боровшейся против фашизма в период господства Виши и итало-германской оккупации. Но это было сделано уже позже, когда во главе Французского комитета национального освобождения (ФКНО), созданного в Алжире в июне 1943 г., встал Шарль де Голль, с которым Жиро отчаянно боролся за власть59. Легализации постепенно стала добиваться и наиболее массовая и влиятельная партия националистов Новый Дустур, формально остававшаяся под запретом. Усиление компартии и общий сдвиг влево в жизни страны, крах местных фашистов (в основном из среды итальянского и французского населения) и профашистов (из числа правых тунисских националистов), полевение большинства националистов, проявивших готовность к единству действий с компартией под влиянием роста авторитета СССР, установление прочной связи Нового Дустура с рабочим движением [в 1944 г. был создан новодустуровский профцентр — Всеобщий союз тунисских трудящихся (ВСТТ)] — таковы основные итоги периода второй мировой войны в Тунисе.

В Марокко активизация освободительного движения нашла свое выражение прежде всего в объединении коммунистических групп в начале 1943 г. в компартию Марокко. В первом же номере своей газеты «Аль-Ватан» («Родина») компартия, призвав марокканцев к активной борьбе против фашизма, выдвинула вместе с тем требование созыва Учредительного собрания и провозглашения независимости страны. Националистические партии испанской зоны — Партия национальных реформ и Партия марокканского единства — еще раньше (в декабре 1942 г.) выступили с требованием восстановления единой и суверенной «мусульманской монархии» в Марокко. Однако эти партии, в свое время рассчитывавшие на помощь держав «оси», не призывали к борьбе с фашизмом. Иную позицию заняла партия «Истикляль» («Независимость»), образованная в декабре 1943 г., которая увязывала требование независимости с выступлениями в поддержку антигитлеровской коалиции, надеясь (так же как и остальные националисты Магриба) на претворение в жизнь провозглашенной США и Англией в августе 1941 г. Атлантической хартии. В ней эти державы заявляли, что «уважают право всех народов избрать себе форму правления, при котором они хотят жить»60. Разумеется, тогда никто не знал, что США и Англия одновременно решили в будущем продиктовать послевоенное урегулирование для «всех народов во всех землях»61.

Деятельность националистов стимулировала стремление султана Мухаммеда Бен Юсефа занять независимую позицию по отношению к французским властям. Султан стал отказываться выполнять распоряжения генерального резидента Франции Ногеса сразу же после высадки союзников в Марокко. В июне 1943 г. он впервые за все время французского протектората без ведома французов встретился в Касабланке с главой иностранного государства — президентом США Рузвельтом. Последний сказал султану, что «эра колониальной эксплуатации заканчивается», чем и породил у него и у многих магрибинцев «наивную веру» в то, что США помогут добиться «торжества справедливости»62. Генерал Жюэн впоследствии с раздражением писал, что «ветер эмансипации» вообще в Магрибе рожден был Атлантической хартией и «обещаниями президента Рузвельта во время его встречи с султаном Сиди Мухаммедом Бен Юсефом»63. Разумеется, это было не так, тем более что в беседе с султаном Рузвельт затрагивал преимущественно экономические, технические и культурные аспекты возможного сотрудничества Марокко с США64. Генерал де Голль, встретившийся в султаном в августе 1943 г., пришел к верному выводу: «Этот государь, молодой, гордый, себялюбивый, не скрывал своего намерения возглавить страну в ее движении к прогрессу, а в один прекрасный день — и к независимости»65.

11 января 1944 г. партия «Истикляль», ободренная поддержкой султана, вручила ему, французским властям и союзному командованию манифест с требованием независимости, проведения внутренних реформ и участия Марокко в мирной конференции по окончании войны. Французы ответили на это (с одобрения англо-американцев) арестами руководителей «Истикляля». Тогда по городам страны прошла волна демонстраций протеста, сопровождавшихся в Фесе, Рабате и Сале вооруженными столкновениями патриотов с полицией. Древняя столица страны — г. Фес — несколько недель в январе-феврале 1944 г. находилась в руках повстанцев. Войска колонизаторов, блокировав мусульманские кварталы города, в конце концов взяли их штурмом с помощью танков. Сотни убитых марокканцев, тысячи раненых, арестованных и приговоренных к смерти — таковы были результаты кровавого подавления первого выступления марокканских патриотов66. После этого начался временный спад массового движения за независимость. Однако национальные партии, в первую очередь «Истикляль» и компартия, продолжали работу в массах, хотя неоднократные предложения коммунистов о единстве действий неизменно отвергались националистами.

Наиболее драматично складывался путь антиколониального движения в Алжире. Националисты в серии документов, вручавшихся властям («Послании мусульманских представителей» в декабре 1942 г., «Манифесте алжирского народа» в марте 1943 г., «Проекте реформ» в мае 1943 г.), выдвинули требования ликвидации колониального режима, осуществления права алжирцев на самоопределение, выборов в Учредительное собрание Алжира и уничтожения привилегий европейцев67. Французские власти отклонили их требования и ограничились уступкой в виде мартовского ордонанса 1944 г., предоставившего всем алжирцам право избирать 3/5 депутатов в органы местного самоуправления и лишь незначительной части алжирцев — полные права французских граждан. Тогда деятели национальной буржуазии и лидеры патриотической Партии алжирского народа (ППА), находившейся под запретом, создали 14 марта 1944 г. ассоциацию «Друзья Манифеста и свободы», к которой примкнули самые широкие слои крестьянства, городской бедноты и рабочих — всего свыше 500 тыс. человек68.

Напуганные ростом влияния ассоциации, колонизаторы организовали чудовищную провокацию: 8 мая 1945 г. полиция расстреляла в ряде городов Алжира мирные демонстрации алжирцев по случаю победы над фашистской Германией. Это вызвало взрыв возмущения, вылившийся в стихийное, неорганизованное и неподготовленное восстание. Повстанцы жгли фермы колонистов, убивали чиновников и полицейских. Колонизаторы жестоко подавили восстание с помощью армии, авиации и флота. Было убито свыше 45 тыс. алжирцев69. После подавления восстания еще долго продолжались аресты, судебные процессы, расстрелы и ссылки. 15 мая 1945 г. власти запретили не имевшую отношения к восстанию ассоциацию «Друзья Манифеста и свободы», надеясь тем самым обезглавить освободительное движение.

Однако реакционеры не смогли воспрепятствовать компартии Алжира, опиравшейся на союз с компартией Франции и на подъем антифашистско-демократического движения в освобожденной от гитлеровцев Франции, решительно выступить против колониальных репрессий в Алжире. Численность компартии наиболее активно боровшейся и против вишистов, и за разгром фашизма вообще за годы войны утроилась70. Благодаря усилиям коммунистов репрессии вскоре были прекращены и национальные партии смогли возобновить свою деятельность. Таким образом, в годы второй мировой войны в странах Магриба как и на Арабском Востоке, сначала последовал период относительного влияния держав «оси» (непосредственно связанный с поражением Франции в июне 1940 г. ), затем период относительной терпимости (после 1942 г.) по отношению к национально-освободительному движению в целях привлечения магрибинцев в армию Франции и поощрения антифашистских тенденций (вместе с профранцузскими) в рядах националистов, и, наконец, период колониального контрнаступления, попыток обуздать патриотов, «вышедших из повиновения». Однако те же факторы, что и на Арабском Востоке (рост массовости и зрелости антиколониальной борьбы повышение авторитета и влияния коммунистов вследствие исторических побед СССР, оживление рабочего движения), предопределили невозможность подобного обуздания. Опираясь на возросшую поддержку своих народов, СССР и прогрессивных сил, рожденных Сопротивлением во Франции, патриотические партии Египта повсюду усилили свои позиции. Рост их влияния оказался необратимым.

Несмотря на тяжелое для сил демократии и прогресса общее положение, сложившееся к началу второй мировой войны, политическое развитие стран Ближнего Востока и Северной Африки коренным образом изменилось в ходе последующих нескольких лет. Это произошло, в первую очередь, под непосредственным влиянием побед советских вооруженных сил над фашистскими армиями, небывалого роста в связи с этим авторитета СССР во всех странах Азии и Африки. Не меньшую роль сыграло и то обстоятельство, что военная ситуация, связанная с перестройкой жизни многих стран афро-азиатского мира, усиленным использованием их природных, экономических и человеческих ресурсов, ослаблением их административных, политических, экономических и духовных связей с метрополиями, наконец, непосредственным ведением боевых действий на территории многих из этих стран, объективно способствовала развязыванию творческой инициативы и революционной самодеятельности широких масс.

Военно-политические итоги второй мировой войны явились отправным пунктом послевоенного подъема рабочего и национально-освободительного движения в странах Магриба. И в Тунисе, и в Марокко, и в Алжире борьба за независимость при всех ее особенностях (отстаивание «внутренней автономии» в Тунисе, требование возвращения в Марокко законного султана, свергнутого колонизаторами) имела много общего. Везде движение приняло массовый характер, охватив самые широкие слои населения, включая часть буржуазии и даже некоторых феодалов. Во всех странах, исчерпав мирные аргументы, патриоты вели вооруженную борьбу (в 1952-1954 гг. — в Тунисе, 1953-1955 гг. — в Марокко, в 1954-1962 гг. — в Алжире), которую поддерживали как народы стран Магриба, так и государства социалистического содружества и большинство стран Азии и Африки. Разными методами и в разное время части Магриба обрели независимость: Тунис и Марокко — в 1956 г.; Алжир — в 1962 г. Но зернами, из которых выросла эта независимость, явились коренные (военные, политические, социальные, экономические, культурные, идеологические) сдвиги в этих странах в годы второй мировой войны. Историческая победа СССР в этой войне определила общее ослабление империализма, крах его колониальной системы, мощный подъем освободительного движения и углубление его социального содержания.

 

Примечания:

 

Примечания

 

1. «Коммунистический Интернационал». 1939, № 2, с. 62.

2. «Исторический журнал». 1943, № 5-6, с. 77.

3. История дипломатии. Т. III. M.-Л., 1945, с. 654.

4. Документы и материалы кануна второй мировой войны. Т. I. Ноябрь 1937-1938 гг. Из архива министерства иностранных дел Германии. М., 1948, с. 33.

5. Л.А. Безыменский. Разгаданные загадки третьего рейха. Книга не только о прошлом. 1941-1945. М., 1984, с. 28.

6. Н.С. Луцкая. Очерки новейшей истории Марокко. М., 1973, с. 224.

7. Война и революция в Испании. Т. I. M., 1968, с. 220.

8. G. Badia, R. Gallissot . Marxisme et l’Algerie. P., 1976, p. 409.

9. В. Минаев. Подрывная деятельность германского фашизма на Ближнем Востоке. М., 1942, с. 5.

10. «Военная мысль». 1941, № 3, с. 12.

11. Н.И. Прошин. История Ливии (конец XIX в.-1969 г.). М., 1975, с. 182.

12. В июне 1940 г. в Алжир из Франции перебазировалось до 800 самолетов. В Магрибе находилась 170-тысячная армия, располагавшая бронетанковыми и десантными частями. Сюда готовился переехать штаб ВМС Франции (С. Paillat. L’échiquier d’Alger. Т. 1. P., 1966, p. 38, 42-54).

13. Ibid.

14. Вейган сразу же сблизился с консулом США в Рабате Р. Мэрфи и заключил с ним в феврале 1941 г. соглашение о поставках товаров из США в Магриб. Впоследствии Мэрфи установил контакты и с другими генералами Виши в Магрибе, пытаясь при их помощи привлечь Петэна на сторону США (Strategicus. The Tide Turns. L., 1944, p. 59).

15. При этом выгодно проданный товар «дозревал уже на пути к Смоленску или Эль-Аламейну» [J. Rulleaux-Dugage. Deux ans d’histoire secrète en Afrique du Nord (Alger 1940-1942). Genève, 1945, p. 90].

16. «Cahiers Internationaux». 1957, № 83, p. 70.

17. A. De Serigny. Echos d’Alger. T. 1. P., 1972, p. 228.

18. Ch.-R. Ageron. Histoire de l’Algérie contemporaine. P., 1974, p. 92.

19. Неожиданную «прыть» проявил Франко, оккупировавший своими войсками 10 июня 1940 г. международную зону Танжера и удерживавший ее под своим контролем до 1945 г.

20. F. Abbas. La nuit coloniale. P., 1962, p. 138.

21. C. Paillat. Op. cit., t. 1, p. 145. На самом деле Гитлеру нужен был режим Виши для борьбы с Англией. Поэтому он даже разрешил Петэну иметь в Магрибе и Сирии войска, «необходимые для поддержания порядка в колониях» (A. Ouzegane. Le meilleur combat. P., 1962,. p. 94).

22. Л.А. Безыменский. Указ. соч., с. 71-74.

23. А.М. Самсонов. Крах фашистской агрессии. М., 1975, с. 77, 80.

24. A.Clifford. The Conquest of North Africa. Boston, 1943, p. 84, 236.

25. У. Кавалъеро. Записки о войне. Дневник начальника итальянского генерального штаба. М., 1968, с. 12-13.

26. «Военная мысль». 1943, № 2-3, с. 72.

27. Мировая война. 1939-1945 годы. М., 1957, с. 482.

28. У. Кавалъеро. Указ. соч., с. 170.

29. Всемирная история. Т. X. М., 1965, с. 217.

30. A. Clifford. Op. cit., с. 313. В Каире оживились профашисты, уверявшие египтян, «что Гитлер — прямой потомок пророка Мухаммеда» (Н.В. Новиков. Пути и перепутья дипломата. М. 1976, с. 20-21). За связь с нацистскими агентами были арестованы некоторые египетские офицеры, в том числе гордившийся этим впоследствии Анвар Садат. В посольствах Англии и США, готовясь к эвакуации, жгли документы, а сторонники держав «оси», пользуясь симпатиями короля Фарука, готовили профашистский переворот [В.С. Кошелев. Египет до Эль-Аламейна. Из истории внутриполитической борьбы (1939-1942). Минск, 1977, с. 153-171].

31. Л.А. Безыменский. Указ. соч., с. 149-160.

32. Командовавший войсками Виши генерал Жюэн впоследствии утверждал, что союзники быстро заняли основные города Марокко и Алжира не ввиду нежелания французов им сопротивляться, а потому, что он приказал войскам вступить с десантом в «эластичный контакт без агрессивности» (A. Juin. Memoires. Alger-Tunis-Bome. P., 1959, p. 76-88).

33. Ш. де Голлъ. Военные мемуары. Т. 2. М., 1960, с. 55-57.

34. I. M. Danan. La vie politique à Alger de 1940 a 1944. P., 1963, p. 16.

36. L. Audouin-Dubreuil. La guerre de Tunisie. P., 1945, p. 30. 36 «Аль-Ахрам». 6. IV. 1943.

37. A. Clifford. Op. cit., p. 450; Strategicus. Op. cit., p. 231; H. Marshall. Over to Tunis. L., 1943, p. 159.

38. A. Austin. Birth of an Army. L., 1943, p. 83.

39. A. Moorhead. The End in Africa. L., 1943, p. 166.

40. H. Marshall. Op. cit., p. 159; H. Wisdom. Triumph over Tunisia. L., 1944, p. 197.

41. A. Austin. Op. cit., p. 83; A. Moorhead. Op. cit., p. 166; J. D` Arcy-Dawson. Tunisian Battle. L., [s. a.], p. 248.

42. Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. Т. I. M., 1957, с. 91 (далее — Переписка).

43. Укрепленная линия Марета в Тунисе, перед которой английская 8-я армия стояла более месяца, была ею прорвана «без единого выстрела» («Аль-Ахрам». 4.IV.1943).

44. Идеи Октября и освободительное движение народов Востока. М., 1978, с. 72.

45. История второй мировой войны. Т. 6. М., 1976, с. 35, 213.

46. «Большевик». 1943, № 6, с. 56.

47. R. Ingersoll. The Battle is the Pay-off. N. Y., 1943, p. 92.

48. Прав был английский корреспондент в Магрибе Элан Мурхэд, еще в 1943 г. заметивший, что «действия армии (союзников. — Р. Л.) в Алжире и Тунисе направлялись не столько военным командованием, сколько государственным департаментом США и министерством иностранных дел Великобритании» (A. Moorhead. Op. cit., p. 5).

49. Переписка. Т. I, с. 104-105. Аналогичное послание 16 марта было направлено президенту США (там же, т. И, с. 58-59).

50. Только в административных учреждениях, созданных англичанами, к концу войны служило 450 чиновников-ливийцев (Н. И. Прошин. Указ. соч., с. 194).

51. «Revue politique et parlementaire». 1945, № 547, p. 154.

52. С. Paillat. Op. cit., t. 1, p. 28.

53. Только в Марокко их было 180 (Н.С. Луцкая. Указ. соч., с. 246).

54. G.Esquer. Histoire de l’Algérie. P., 1960, p. 67.

55. I. M. Danan.Op. cit., p. 78.

56. H. Benazet. L’Afrique frangaise en danger. P., 1947, p. 37.

57. У. Кавальеро. Указ. соч., с. 70. За это правительство Виши щедро заплатило державам «оси», разрешив им использовать Бизерту для снабжения войск Роммеля и создать базу подводных лодок в Дакаре (там же, с. 70-71).

58. Новейшая история Африки, с. 72. В последующих боях в Италии, Франции, Германии и Австрии в составе французской армии погибло до 70 тыс. тунисцев (Н.А. Иванов. В борьбе за независимость. М., 1957, с. 45).

59. Подробнее об этом см.: Ш. де Голль. Указ. соч. т. 2, с. 86-174; Э. Д’Астъе. Боги и люди. 1943-1944. М., 1962, с. 13-15.

60. Р. Шервуд. Рузвельт и Гопкинс глазами очевидца. Т. I. M., 1958, с. 573.

61. В.Г. Трухановский. Уинстон Черчилль. Политическая биография. М., 1968, с. 339.

62. Э. Рава. Северная Африка на пути к независимости. М., 1960, с. 101.

63. A. Juin. Op. cit., p. 46.

64. H.С. Луцкая. Указ. соч., с. 250.

65. Ш. де Голль. Указ. соч. т. 2, с. 149-150.

66. А. Аяш. Марокко. Итог одной колонизации. М., 1958, с. 416.

67. Du Manifeste à la Republique Algérienne. Alger, 1948, p. 25-54; P.-E Sarrasin. La crise algérienne. P., 1949, p. 174-175.

68. Новейшая история Африки, с. 72.

69. Realités algériennes. Alger, 1953, p. 105.

70. «Cahiers du Communisme». P., 1946, № 1, p. 77.

liberea.gerodot.ru

Глава девятнадцатая Победа в Тунисе. Вторая мировая война. (Часть II, тома 3-4)

Глава девятнадцатая

Победа в Тунисе

В последнюю неделю февраля генерал Александер принял командование всем фронтом. Одновременно в соответствии с соглашением, достигнутым в Касабланке, маршал авиации Теддер принял командование союзными военно-воздушными силами. Война в Тунисе была тогда в самом разгаре. Генерал Эйзенхауэр, наделенный верховной властью, не мог руководить из своей штаб-квартиры в Алжире, находившейся примерно в 400 милях от поля боя, этими сложными и изменчивыми операциями, в которых участвовали английские, американские и французские войска. Необходимо было иметь человека на месте. Теперь он и прибыл с широкими полномочиями.

Пока порт Триполи работал бесперебойно, Монтгомери успел перебросить в Тунис лишь часть своих войск. Сознавая, что, как только бои за Кассерин закончатся, Роммель определенно направит свой удар против него, Монтгомери расположил три свои передовые дивизии – 7-ю бронетанковую, английскую 51-ю и новозеландскую 2-ю – на позиции около Меденины. Не было времени для того, чтобы заложить минные поля или установить проволочные заграждения, но зато было приведено в боевую готовность не менее 500 противотанковых орудий.

6 марта Роммель предпринял четыре крупные атаки, использовав для этого все три германские танковые дивизии. Все атаки были отбиты с тяжелыми для него потерями. Противник отступил, оставив на поле боя 52 танка, разбитых орудийным огнем. Мы не потеряли ни одного танка, и наши потери составили всего 130 убитых и раненых. Никогда еще до сих пор не сосредоточивалась такая масса противотанковой артиллерии против танков. Это было, пожалуй, самое серьезное поражение Роммеля во всей его Африканской кампании. Это было также и его последним наступлением в Северной Африке. Вскоре после этого он был отправлен в Германию больным, и его место занял фон Арним.

8-я армия теперь двигалась вперед, приближаясь к главной позиции противника – линии Марет. Это была хорошо организованная оборонительная система длиною 20 миль, построенная французами до войны, чтобы предотвратить вторжение итальянцев в Тунис. Теперь итальянцы охраняли ее против англичан. Учитывая трудности фронтальной атаки позиции у Марета, на которой было расположено шесть дивизий, из них две немецкие плюс 15-я танковая дивизия, находившаяся в резерве, Монтгомери решил включить в свой план обходную колонну, которая должна была прорваться и закрепиться за главной линией фронта противника.

Потребовалось две недели для подготовки задуманного наступления против столь сильно обороняемой линии противника. В течение этого времени американский 2-й корпус сумел вернуть Гафсу и направиться на восток. Хотя ему и не удалось прорваться на прибрежную равнину, он приковал 10-ю танковую дивизию к этому фронту на все время боев у Марета. 10 марта бронемашины и артиллерия, поддержанные авиацией, подвергли ожесточенной атаке войска генерала Леклерка. Французы стояли твердо и, получив поддержку со стороны английской авиации, отбросили противника со значительными для него потерями.

Таким образом, была подготовлена почва для наступления на линию Марет. Эта операция была названа «Пьюджилист».

Перед наступлением полуночи 30-й корпус предпринял свою главную атаку на прибрежный сектор оборонительных укреплений Марета.

После того как фронтальная атака не удалась, Монтгомери быстро изменил свой план. Он приказал дивизиям, расположенным перед линией Марет, сковывать противника и перебросил свои главные силы на левый фланг. Противник понял угрозу и укрепил свой фланг германской 164-й пехотной бригадой и частью своей 15-й танковой дивизии. Проложить путь можно было только при помощи интенсивной бомбардировки, и здесь авиация Западной пустыни, которая оказывала постоянную поддержку 8-й армии во всех ее сражениях, проявила теперь исключительные усилия.

30 эскадрилий, из них 8 американских, подвергли неоднократной сильной бомбардировке оборонительные укрепления противника. При поддержке авиации и под прикрытием сильного артиллерийского огня новозеландцы и 8-я бронетанковая бригада вклинились в линию обороны противника. За ними последовала 1-я бронетанковая дивизия, которая при свете луны обогнала их и к рассвету уже почти достигла ущелья Эль-Хаммы.

Оказавшись между новозеландцами, впереди, и бронетанковой дивизией, сзади, противник сражался отчаянно, но тщетно. Он понес огромные потери; семь тысяч человек было взято в плен. Таким образом, была одержана блестящая победа, в которой проявились не только боеспособность наших солдат, но и высокое искусство их командующего. Монтгомери снова удачно использовал артиллерию. Перед рассветом английские 51-я, 50-я дивизии и индийская 4-я дивизия при массированной поддержке артиллерии начали наступление, несмотря на ожесточенное сопротивление противника. Противник предпринимал решительные контратаки, и только к вечеру сражение было выиграно.

На следующий день наши войска преследовали противника по обеим дорогам, ведущим на север, и все имевшиеся в наличии английские и американские самолеты непрерывно бомбили его отступающие колонны. 7 апреля патруль индийской 4-й дивизии встретился с боевым охранением американского 2-го корпуса. Две армии, которые начали наступление на расстоянии примерно двух тысяч миль друг от друга, теперь наконец соединились. В тот же день, для того чтобы отрезать противнику путь отступления на север, английский 9-й корпус вместе с английской 6-й бронетанковой дивизией, бригадой 46-й дивизии и американской 34-й пехотной дивизией попытались прорваться через Фондукский перевал. Был занят Пишон, но только 9-го числа бронетанковой дивизии удалось вклиниться в линию обороны противника, и 11-го она вступила в Кайруан после успешного боя с 10-й и 21-й танковыми дивизиями противника.

Отступление противника перед 8-й армией было проведено искусно, хотя, несомненно, смелая операция нашей 6-й бронетанковой дивизии ускорила это отступление. Сфакс, который имел теперь большое значение как порт, так как порт Триполи находился уже на расстоянии 300 миль, был занят 10 апреля, а Сус был занят спустя два дня. 13 апреля наши войска подошли к последним позициям противника в горах севернее Анфидавиля. По мере усиления нашей блокады с моря противник стал все больше прибегать к воздушному транспорту. Большие группы транспортных самолетов в сопровождении истребителей прибывали каждый день. В течение четырех месяцев, с декабря по март, они перевезли более 40 тысяч человек и доставили 14 тысяч тонн груза в Африку.

Поскольку позиции в Анфидавиле были сильно укреплены, Александер решил, что главный удар по Тунису должен быть нанесен с запада. Но перед 8-й армией все еще стояла задача сковывать противника, удерживающего фронт в Анфидавиле, и, пока подготовлялся главный удар, она ночью 19 апреля предприняла наступление силами трех дивизий, активно поддержанных артиллерией и авиацией.

Основное наступление 1-й армии началось 22 апреля. Пять дней тяжелых боев не сломили сопротивления противника, но его потери были велики, и, кроме того, мы захватили важный плацдарм, который оказался очень ценным неделю спустя. Южнее английского сектора французский 19-й корпус занял Джебель, Фкирин, в то время как на севере американский 2-й корпус, предприняв атаку 23 апреля, неуклонно продвигался к Матёру. Несмотря на неблагоприятные условия местности, американцы оказывали неослабное давление и постепенно заставили немцев отступить.

Было очевидно, что потребуется еще один сильный удар, чтобы сломить сопротивление противника. Заключительное наступление, предпринятое 8-й армией 24 апреля, показало, что позиция противника в Анфидавиле слишком укреплена для того, чтобы захватить ее без серьезных потерь. 6 мая было предпринято решающее наступление. Главный удар наносил 9-й корпус на узком участке фронта по обеим сторонам дороги Меджез, Тунис. За передовыми частями пехоты, английской 4-й и индийской 4-й дивизиями непосредственно следовали 6-я и 7-я бронетанковые дивизии. Слева от них 5-й корпус прикрывал фланг наступающих войск. Авиация союзников снова действовала исключительно энергично, совершив в этот день 2500 вылетов. Военно-воздушные силы держав оси были на протяжении многих недель настолько измотаны, что в этот решающий момент они смогли сделать лишь 60 вылетов за день.

9-й корпус совершил широкий прорыв линии фронта противника. Две бронетанковые дивизии обогнали пехоту и вступили в Массико, находящийся на полпути к Тунису. На следующий день, 7 мая, они продолжали наступление, и 7-я бронетанковая дивизия вступила в Тунис, а затем повернула на север, чтобы соединиться с американскими войсками. В то же время сопротивление на главном участке американского фронта было сломлено, и американская 9-я пехотная дивизия достигла Бизерты. Три германские дивизии попали, таким образом, в ловушку и 9 мая сдались в плен.

6-я бронетанковая дивизия, а вслед за ней английская 4-я дивизия, а также 1-я бронетанковая дивизия, действовавшая справа, продвинулись на восток через Тунис и вокруг него. Они были задержаны поспешно организованным сопротивлением в ущелье возле моря в нескольких милях восточнее города. Однако их танки прорвались ночью 10 мая и вступили в Хаммамет на восточном побережье. За ними 4-я дивизия обогнула мыс Бон, не встретив сопротивления. Все остальные войска противника попали в ловушку на юге.

Адмирал Кэннингхэм провел все приготовления к окончательному поражению противника и 7 мая приказал всем своим военно-морским силам патрулировать проливы, чтобы не позволить войскам держав оси провести эвакуацию типа «Дюнкерк». 8-го он приказал: «Топить, жечь и уничтожать. Ничего не пропускать». Но лишь несколько барж пытались спастись бегством, и почти все они были захвачены или потоплены. Днем и ночью эсминцы и корабли береговой обороны вместе с авиацией продолжали свою безжалостную работу. В общем итоге 897 человек сдались командам наших кораблей и лишь 653 удалось бежать; большинство из них бежало ночью на самолетах. Наши потери были незначительными.

Первый конвой судов, посланный прямо через Средиземное море впервые после 1941 года, вышел из Гибралтара 17 мая 1943 года и прибыл в Александрию без всяких потерь 26 мая. Открытие вновь этого пути на Средний Восток сократило для нас расстояние примерно на девять тысяч миль, что составляло для каждого среднего грузового судна экономию около 45 дней пути.

12 мая я получил следующую телеграмму:

Генерал Александер – премьер-министру

12 мая 1943 года

«Конец очень близок. Фон Арним взят в плен, и число военнопленных, вероятнее всего, достигнет более 150 тысяч человек. Всякое организованное сопротивление прекратилось, держатся еще лишь отдельные очаги сопротивления. Наши трофеи, по-видимому, составят более 1000 орудий, из которых 180 калибра 88 мм, 250 танков и несколько тысяч грузовых автомобилей, многие из которых находятся в полной исправности».

В этот день 6-я бронетанковая дивизия соединилась с 8-й армией. Окружение противника было завершено. Противник сложил оружие.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Журнал Международная жизнь - 20 мая 1943 года: парад Победы союзных войск в столице Туниса

Фото с мест боев Николая Сологубовского.

 

Светлой памяти советских воинов и русских патриотов, всех, кто с оружием в руках защитил мир от коричневой чумы в сражениях в Северной Африке, посвящается.

 

7 мая 2013 года мы выпили по сто грамм «Столичной», стоя рядом с остовом сгоревшего танка союзников в бою под Хаммаметом…

12 мая 2013 года, в день 70-летия капитуляции фашистов в Северной Африке, мы склонили головы перед могилами русских патриотов, погибших в Северной Африке в сражениях с гитлеровцами…

В эти майские дни россияне, живущие и работающие в Тунисе, наши тунисские и французские друзья возложили цветы на броню танков союзников, оставшихся навечно на поле близ Хаммамета после их последнего боя Второй мировой войны. Также цветы были возложены на могилы сражавшихся в Северной Африке советских солдат, похороненных здесь, в Тунисе, рядом с американскими и английскими братьями по оружию.

Русские патриоты вдали от Родины вели бои с нацистами и своей кровью, своими жертвами приближали Великий День Победы! Они погибли почти 70 лет назад: в период боев с ноября 1942-го по май 1943 года.

Последний бой союзников с фашистами в Тунисе произошел 7 мая 1943 года под Хаммаметом.

12 мая 1943 года немецко-фашистская группировка в Северной Африке капитулировала.

20 мая 1943 года в столице Туниса состоялся парад Победы союзных войск в Северной Африке, в котором приняли участие и наши соотечественники.

 

7 мая 1943 года произошел последний бой союзников с нацистами под Хаммаметом

 

Сначала – отрывок из книги «Битва за Тунис. Боевые действия в Северной Африке (8 ноября 1942 года — 12 мая 1943 года)».

«2 февраля 1943 года под Сталинградом была ликвидирована окруженная группировка 6-й полевой и 4-й танковых армий. Советские войска продолжали наступление…

Немцы готовились к операции «Цитадель». Основные силы люфтваффе были скованы на советско-германском фронте. Единственно, что мог сделать Гитлер, — это послать в Северную Африку категорическое требование: «тунисское предмостное укрепление удержать любой ценой».

6 мая американо-английская авиация начала обработку участка обороны противника (5,5 км по фронту и 6,5 км в глубину) восточнее Меджез-Эль-Баб с целью пробить брешь в итало-немецких позициях. Бомбардировщики, не встречая никакого сопротивления со стороны противовоздушной обороны противника, по выражению американского генерала авиации Арнольда, «бомбами буквально вырыли канал от Меджез-Эль-Баба до Туниса». В течение пяти часов шла непрерывная бомбежка. Англо-американские самолеты сделали 2146 вылетов…

Но брешь в обороне противника была пробита не только одной авиацией. «Дождь» артиллерийских снарядов из 1 тыс. орудий обрушился на оборонительные позиции противника. Артиллерийская подготовка проводилась на участке фронта шириной около 3 км.

К 11 часам утра 6 мая две пехотные дивизии (46-я английская и 4-я индийская) в полосе 2,7 км прорвали главную полосу противника. В прорыв вошли 6-я и 7-я бронедивизии...

К концу дня 7 мая английские бронедивизии заняли столицу. В тот же день американские и французские войска вступили в Бизерту.

Итало-немецкие войска спешно отошли на полуостров Бон, надеясь эвакуироваться на остров Сицилию. Как отмечает Фуллер, несмотря на «сокрушительные удары, большая часть сил противника была еще не затронута».

На мысе Бон, используя двойную гряду холмов, итало-немецкие войска создали укрепленные позиции и собирались на них оказать противнику сопротивление.

Убедившись в том, что для эвакуации войск с мыса Бон нет необходимых транспортных средств, командование войск стран Оси капитулировало.

12 мая американо-английское руководство официально сообщило, что сопротивление итало-немецких войск в Северной Африке прекратилось. По германским данным, в плен попало около 150 тыс. немецких и 100 тыс. итальянских солдат и офицеров…»[1]

7 мая1943 года танки союзников предприняли попытку прорвать оборону фашистов, выйти к морю и захватить Хаммамет, но были остановлены артиллерией немцев под деревней Сиди Ждиди. До моря оставалось всего несколько километров.

Бой был такой страшный, что поле вокруг остовов подбитых «Шерманов» до сих пор усыпано осколками и до сих пор там ничего не растет…

8 мая 1943 года Верховный главнокомандующий Советской Армии И.Сталин послал премьер-министру У.Черчиллю телеграмму:

«Поздравляю Вас и доблестные британские и американские войска с блестящей победой, приведшей к освобождению Бизерты и Туниса от гитлеровской тирании. Желаю Вам дальнейших успехов».[2]

В ответном послании от 12 мая 1943 года Черчилль написал:

«Весьма благодарен за Ваше послание по случаю занятия Туниса и Бизерты. Вопрос теперь заключается в том, сколько нам удастся захватить в плен».[3]

Ровно 70-лет назад – 20 мая 1943 года в Тунисе состоялся первый парад победы на фашистами во время Второй мировой войны.

В нем участвовали бок о бок с англо-американским войсками и русские люди, добровольно вступившие в ряды Французского Сопротивления, и советские бойцы, бежавшие из фашистского плена и присоединившиеся к союзникам...

Вот как описал американский генерал Патон стой русских воинов на этом параде. Он даже представить не мог себе, что здесь воюют русские и перепутал их в стою Иностранного легиона Франции почему-то с немцами(?) и со шведами(?). А на самом деле это были русские!

Вот что писал генерал в своем дневнике:

«Вообще в том, что касается строевой подготовки, французы молодцы, ничего не скажешь. Их контингент состоял из белых, собственно французских частей, подразделений французских сенегальцев, гумов и Иностранного легиона.

Последние особенно впечатляли. Выправка идеальная, а эти усы! Кстати, усы – рыжие, пшеничные, но никак не черные – и выдавали то, что эти ребята вовсе не французы.

Насколько я понимаю, Иностранный легион комплектуется преимущественно из немцев и шведов(???). Ничего не скажешь – выглядели парни просто превосходно».[4]

До 9 мая 1945 года – дня Великой Победы, дня капитуляции гитлеровской Германии осталось ещё два года.

И каждый год состоял из месяцев, а каждый месяц – из дней и ночей, и каждую минуту гибли люди…

Они отдавали свои жизни за то, чтобы мы жили в мире и согласии!

Так, сохраним память о Героях Сражений Великой отечественной войны, Второй мировой войны и не забудем тех, кто воевал за Свободу и на далеком африканском фронте!

 

Русские бились в Африке за Россию

В православном Храме Воскресения Христова в Тунисе есть черная мраморная доска.

На мраморе выгравированы русские фамилии: Федоров, Харламов, Шаров, Александров, Груненков, Юргенс… И слова: «Русская колонiя Тунизiи своимъ сынамъ, павшимъ на полъ брани. 1939-1945».

Ниже – другая черная мраморная доска в память советских военнопленных, погибших на африканской земле...

Какие русские судьбы скрыты под надгробными плитами тунисских военных кладбищ?

18 июня 1940 года по лондонскому радио было передано воззвание руководителя движение «Свободная Франция» генерала де Голля: «От имени Франции я твердо заявляю: абсолютным долгом всех французов, которые еще носят оружие, является продолжение сопротивления… Прямой долг всех честных людей – отказаться выполнять условия противника».

Среди честных людей, которые откликнулись на призыв французского генерала, были русские эмигранты, оказавшиеся в Северной Африке. Из 1056 человек, награжденных орденом «Освобождения» (его учредил де Голль для награждения за особые отличия), десять – наши соотечественники.

3 сентября 1939 года Франция и Англия объявила войну фашистской Германии, и начались боевые действия, охватившие территорию Северной Африки.

Но очень немногие знают, что одним из тех, кто воевал с фашистами в Африке, был Зиновий Пешков, старший брат большевика Якова Свердлова. А его крестным отцом являлся сам Максим Горький, который также и усыновил Зиновия, дав свою фамилию – Пешков. Командир батальона, капитан Пешков участвовал в боях Иностранного легиона против гитлеровцев на территории Марокко.

Предки великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина родились в Африке. И там же погиб его потомок, праправнук по линии дочери Натальи – Александр Уэрнер. Ему было 25 лет. В армию он пошел добровольцем, как и многие русские эмигранты, служил пехотинцем и погиб во время высадки английского десанта в Тунисе в 1942 году.

А всего во Второй мировой войне принимали участие 15 потомков А.С.Пушкина...

В России популярны книги французского писателя Ромена Гари. На самом деле, имя его русское – Роман Касев. Он добровольцем присоединился к Французскому сопротивлению, воевал летчиком в авиагруппе «Лотарингия». Роман, он же Ромен, стал известным романистом, дипломатом, членом Французской академии. В одном из своих произведений он описал жизнь в Марокко под властью коллаборационистов из правительства Виши, а также историю своих африканских скитаний перед побегом в Гибралтар, где он присоединился к антифашистскому движению.

Русские люди попадали на поля африканских сражений Второй Мировой войны разными путями. Это были и добровольцы из Франции. И те, кто волею судеб после Гражданской войны в России оказался в Марокко и в Алжире. И те, кто вместе с Русской эскадрой под Андреевским флагом пришел в Тунис в 1920 году.

К этим добровольцам присоединились и советские граждане.

По сведениям российского ученого-арабиста А.З.Егорина, в Северную Африку нацистами было переброшено более 20 тысяч советских военнопленных, которые в неимоверно трудных условиях занимались строительством дорог и фортификационных сооружений для частей генерала Роммеля. В частности, в Тунисе – на линии Марет, под Энфидавиллем и Хаммаметом и на полуострове Кап Бон.

Многие из них умерли от издевательств и побоев, были расстреляны немцами при отступлении, но часть смогла бежать из плена, и встала под знамена союзников.

Среди них были и танкисты, судьба которых до сих пор неизвестна. По некоторым данным, один из экипажей стоящих до сих пор под Хаммаметом трех танков «Шерман» был русским…

 

Как спецназ из русских и туарегов громил фашистов

Одним из диверсионных отрядов в Африке, успешно действовавших против фашистов, была «русская армия» Владимира Пеньякова. Этот отряд называли «армией» и англичане, и немцы за те дерзкие операции, которые совершали бравые ребята под командованием Пеньякова. В отряде вместе с русскими и поляками, бок о бок, в боевом братстве за Свободу сражались ливийцы, берберы и туареги.

Командир «армии», майор английской армии Владимир Пеньяков, родился в семье русских эмигрантов в Бельгии, учился в Кембридже, стал историком, инженером, исследователем, знатоком восточных цивилизаций, работал в Египте.

Свою военную судьбу Пеньяков объяснил очень скромно. Но какой силой наполнены эти слова настоящего русского человека!

«Я не питал никаких иллюзий, что могу повлиять на ход событий, но было как-то неловко оставаться в стороне».[5]

В конце 1941-го в возрасте 50(!) лет он хитростью прошел в Англии медкомиссию и был отправлен в британскую армию в Египет. Так он оказался в соседней с Египтом Ливии, которую оккупировали итальянцы.

«Коньком» Пеньякова была разведка – он смог создать целую сеть агентов в пустыне Сахара, которую знал, как свои пять пальцев, благодаря связям с местными племенами туарегов и берберов. На майора работали ливийцы, прекрасно знающие итальянский и прислуживавшие фашистским офицерам в барах и «злачных» заведениях. А те никак не могли заподозрить в безмолвных, покорных слугах русских разведчиков.

Когда в Северную Африки на помощь потрепанным в боях итальянцам Гитлер бросил «африканский корпус» генерала Роммеля, началась «большая война» маленькой «русской армии» Пеньякова с «лисом пустыни» (как прозвали Роммеля).

Её операции следовали одна за другой, диверсионные акции наносили огромный урон «бошам». По ночам «спецназ» Пеньякова подрывал самолеты на аэродромах, минировал танки на позициях, поджигал склады с горючим, которого оккупантам в пустыне и так не хватало.

Бойцы «русской армии» выкрадывали штабные документы. Например, ими были захвачены секретные планы минных полей, что пригодилось при прорыве обороны Роммеля. Дерзкими набегами «спецназ» освобождал военнопленных из лагерей. В том числе и советских людей, которых гитлеровцы называли «рабами Роммеля», и на чьих костях строили свои оборонительные линии.

Деятельность «русской армии» очень помогла англичанам.

Как известно, их победа в 1942 году в битве генерала Монтгомери с «лисом пустыни» при Эль-Аламейне определила ход войны в Северной Африке. А ведь тогда танкам Роммеля именно горючего не хватило, и Роммель был вынужден отступить на запад – в Тунис, бросив своих итальянских союзников.

Следующее большое сражение Роммеля с Монтгомери произошло на юге Туниса, на укрепленной линии Марет.

Разведку этой, называемой немцами «неприступной», линии и путей ее обхода проводили все те же отряды Пеньякова: они обследовали окрестности вокруг известной сегодня российским туристам деревни Матмата и нашли пути обхода для союзных танков.

И когда Монтгомери, чтобы сковать Роммеля, послал английские части в лобовую атаку на линию Марет – практически на неминуемую смерть (кто там обвиняет маршала Жукова, что он, мол, «солдат не жалел»?!) новозеладская бронетанковая дивизия, ведомая спецназовцами Пеньякова, совершала через горы переход в тыл немцам. И, обойдя линию Марет, нанесла Роммелю удар, вынудив его бросить позиции и отступать на север Туниса…

После Победы и взятия Советской Армии Берлина Владимир Пеньяков служил в Вене офицером связи между союзными и советскими войсками. А, выйдя в отставку, написал книгу о боевых подвигах славных бойцов североафриканской «русской армии». Он был кавалером орденов и медалей Англии, Франции и Советского Союза. Скончался в Лондоне. И каждый год потомки героев «армии» навещают монумент, воздвигнутый в Англии в ее честь.

 

Хабиб Бургиба: «Германия будет размолота»

8 августа 1942 года, когда до коренного перелома во Второй Мировой войне было далеко, и «чаша Истории Человечества ещё колебалась», лидер тунисского национально-патриотического движения, будущий первый президент Туниса Хабиб Бургиба из французской тюрьмы Fort Saint-Nicolas в Марселе обратился с письмом к своим соратникам, ко всему тунисскому народу. В письме он предсказал неизбежную победу Красной Армии и её союзников и поставил задачи перед тунисскими патриотами.

Это письмо могло стать его политическим завещанием. Его слова о том, что он «больше не увидит свободы», красноречиво говорят, в каких условиях Бургиба находился в тюрьме, и какое психологическое давление ему пришлось выдерживать.

Сказав «Нет!» нацистам и коллаборационистам, Великий борец тунисского народа продолжал сражаться, и из застенков отдавал приказы своей «армии».

Вот – это историческое письмо.

«Дорогие товарищи! Мои дорогие соотечественники!

У меня складывается впечатление, что все или почти все уверовали в победу держав Оси. Подобное состояние умов фатально совпадает с темными чувствами тунисского народа, забитого тяжестью слепых и жестоких репрессий, которые длятся с 9 апреля 1938 г. (это – дата расстрела французскими колониальными властями мирной демонстрации тунисцев – прим. автора), а после капитуляции Франции были продолжены с той же свирепостью, под безразличным взором комиссии по перемирию.

Наивная вера в то, что поражение Франции – ниспосланная ей Божья кара, что с ее господством покончено, а независимость придет к нам с неминуемой победой держав Оси, такая вера поселилась в душах. И это можно понять. Но я вам говорю, это – ошибка, страшная и непростительная ошибка...

Германия не выиграет войну, время работает против нее, и можно математически просчитать, что она будет раздавлена. Между русским колоссом, которого не удалось свалить в прошлом году, – и он уже возобновляет наступление, – и колоссом американским, или англосаксонским, который держит моря и чьи промышленные возможности неисчерпаемы, Германия будет размолота, как в тисках мощных челюстей. Это лишь вопрос времени.

Поэтому наша роль, ваша роль и всех, кто имеет определенное влияние на массы, – действовать таким образом, чтобы к исходу войны тунисский народ и, в особенности, его передовой отряд – партия «Новый Дустур» («дустур» переводе «конституция» – прим. автора), не оказался в лагере побежденных... В этих условиях следует дать активистам указание, дать под мою личную ответственность: войти в контакт с французами-деголлевцами в Тунисе (должны же они быть, хотя бы некоторые наши друзья-социалисты, например) с целью согласовать, по возможности, нашу подпольную деятельность с их задачами, оставив на потом – будем думать об этом после войны – проблему независимости.

Постарайтесь также, насколько возможно, с их, друзей, посредничеством, установить контакты с английскими или американским агентами, которые должны сейчас кишеть в Тунисе... Но это надо делать с большими предосторожностями, не теряя связи с французами, поскольку вполне вероятно, даже не стоит сомневаться, что это вызовет их разочарование. Однако, неважно. От нас сейчас требуется безусловная поддержка союзников.

Я вам повторяю: для Туниса это вопрос жизни и смерти! И если, несмотря на все мною сказанное, я не смог вас убедить, подчиняйтесь! Это приказ, который я вам даю. Его не обсуждайте! Я принимаю на себя всю ответственность перед Богом и перед Историей!»[6]

 

На Западе забыли Нашу Общую Победу

Надеюсь, что читатель теперь поймет, почему 7 мая 2013 года российские, тунисские и французские патриоты пришли на поле боя 7 мая 1943 года под Хаммаметом, где застыли в последнем броске танки «Шерманы»?

Поймет, почему 12 мая, в 70-ую годовщину капитуляции немецко-итальянской группировки мы возложили цветы на русские могилы на французском военном кладбище в столице Туниса?

Тунисе был оккупирован фашистами, и затем освобожден союзниками от коричневой чумы. Да, Северная Африка была театром военных действий, которые западные историки и сегодня преувеличенно называют «самыми решающими».

Предлагаю западным историкам в год 70-летия Побед под Сталинградом и в Северной Африке сделать хотя бы один шаг к созданию более объективной картины войны и анализу ее уроков. И предостеречь их от забвения этих уроков, столь актуальных сегодня.

Сегодня мир столкнулся с новой угрозой – с международным терроризмом, «исламским фашизмом», который по аналогии со смертельной «коричневой чумой» фашизма прозвали «черной чумой». Потому что террористы сегодня сеют смерть от Мали и Алжира, до Сирии и Ливана под черными флагами джихадистов «Аль-Каиды».

Я только хочу еще раз процитировать слова из письма, написанного в 1942 году тунисцем, узником фашистов, которые пытались сломить его:

«Германия не выиграет войну. Время работает против нее. Она будет раздавлена между русским колоссом и колоссом американским и англосаксонским, который держит моря, и чьи промышленные возможности неисчерпаемы. Германия будет размолота, как в тисках мощных челюстей…»

Зная, что его ожидает, Бургиба нашел в себе мужество сказать слово правды своему народу. Попади это письмо в руки гестаповцев, Хабиб Бургиба был бы замучен до смерти. Такова была судьба многих патриотов, которые выступили против фашизма и в европейских, и в арабских странах.

Но эти героические судьбы сегодня западными историками преданы забвению.

Надеюсь, что найдутся патриоты, люди государственного ума, которые громко, на весь мир скажут о необходимости бороться с «черной чумой» и совместными усилиями ликвидируют эту «эпидемию XXI века».

Сегодня модно разыгрывать по телевидению шоу на тему «Что было бы, если бы да кабы…» Страшно подумать, что было бы…

И когда историки пишут, что «в 1942-1943 гг. чаша Истории Человечества колебалась», то кто может сказать, что склонило эту чашу на сторону Нашей Общей Победы?

Стойкость советского солдата под Сталинградом; храбрость английского артиллериста под Эль-Аламейном; мужество американского танкиста под тунисским Кассерином; любовь французского летчика советского авиаполка «Нормандия-Неман» к Франции; несколько листов бумаги, исписанных недрогнувшей рукой тунисского гражданина; или подвиги русских патриотов, которые себе сказали, что в Час Испытаний для Родины «как-то неудобно стоять в стороне».

 

Они сражались и погибли на африканской земле

12 мая 1943 года итало-германская армия в Тунисе капитулировала. Победа в Африке имела огромное моральное значение для союзников. Они убедились, что могут, как и Красная Армия под Сталинградом, наносить поражения врагу.

Потери Германия и Италия в Тунисе – свыше 300 тыс. солдат и офицеров. Из них 30 тыс. убитыми, 26 500 ранеными и до 240 тыс. пленными.

Потери союзников только в боях в Тунисе – более 70 тыс. человек. Из них более 10 тысяч убитыми.

А всего в боях в Северной Африке, в Ливии, Египте и Тунисе, погибло более 20 тысяч солдат союзников.

Среди них – многие русские патриоты и советские воины.

Здесь, в Северной Африке и в Тунисе, вообще, много напоминает о России.

Храм Воскресенья Христова в Тунисе и Храм Александра Невского в Бизерте. Русские могилы на кладбищах Туниса, Бизерты, Энфиды, Мензель-Бургиба…

Молебен в русском Храме в память погибших. Колокольный звон. Фамилии героев: Федоров, Харламов, Шаров, Александров, Груненков, Юргенс…

Вечная память патриотам, которые сердцем поняли, что в час испытаний для Родины «как-то неловко оставаться в стороне».

Никто не будет забыт!

И о подвигах смелых и отважных потомки напишут книги, снимут фильмы, сочинят новые песни.

 

Бонус к материалу:

Фильм Николая Сологубовского «Тунис. Последний бой 7 мая 1943 года».

  

Ключевые слова: Тунис Вторая Мировая война

interaffairs.ru

Глава 22 Продвижение к Тунису. Вторая мировая война

Глава 22

Продвижение к Тунису

Наступление на Тунис и Бизерту началось с высадки морского десанта в порту Бужи, примерно в 100 милях восточнее Алжира. Это был сокращенный вариант первоначального плана, который, исходя из полного и безотлагательного сотрудничества французов, предполагал использовать парашютные войска и высадку морского десанта «коммандос» для захвата аэродромов Бона, Бизерты и Туниса соответственно 11, 12 и 13 ноября. Второй эшелон войск, высадившихся в Алжире, должен был захватить порт Бужи и аэродром в Джиджелли, в 40 милях от передовой базы. Однако в условиях неопределенности после высадки в Алжире этот план сочли слишком рискованным и высадку десантов в более отдаленных от передовой базы пунктах отменили. Вместо этого 9 ноября было решено занять Бужи и аэродром, а затем стремительно двинуть отряд к конечной железнодорожной станции Сук-Ахрас вблизи тунисской границы; одновременно воздушный и морской десанты должны были занять Бон.

Вечером 10 ноября два усиленно охраняемых конвоя вышли из Алжира, имея на борту 36-ю бригаду английской 78-й дивизии. Бригада прибыла в район Бужи рано утром на следующий день, однако, опасаясь враждебной встречи, потеряла время, высаживаясь на необорудованных берегах при сильном прибое. На самом же деле встреча оказалась дружественной. Из-за сильного прибоя намеченная высадка вблизи Джиджелли не состоялась, и аэродром не был занят своевременно. В результате не удалось обеспечить эффективное прикрытие высадки с воздуха. Аэродром захватили только через два дня. Рано утром 12 ноября отряд «коммандос» проскользнул в порт Бон, а на аэродром был сброшен отряд парашютистов. Французы не оказали сопротивления.

13 ноября усиленная бригада двинулась вперед из Бужи, а другие части дивизии начали наступать по суше из Алжира; за ними следовала группа «Блейд» — только что высадившийся 17/21-й уланский полк[99] из состава 6-й бронетанковой дивизии с приданными подразделениями под командованием полковника Халла. Чтобы расчистить путь группе, намечалось 15 ноября выбросить английский парашютно-десантный батальон в район Сук-эль-Арбы, в 80 милях от Туниса, на тунисской территории, и американский парашютно-десантный батальон вблизи Тебессы для прикрытия южного фланга и захвата передового аэродрома в этом районе. Американский десант был выброшен точно по плану, и через два дня этот батальон под командованием полковника Раффа захватил аэродром в Гафсе, в 70 милях, от залива Габес и дефиле, идущего от Триполи. Выброска англичан задержалась на день из-за непогоды, а передовые сухопутные части двигались так быстро, что к 16 ноября тоже достигли Сук-эль-Арбы. К этому времени другая колонна, наступавшая вдоль прибрежной дороги, подошла к небольшому тунисскому порту Табарка на пути в Бизерту.

На следующий день, 17 ноября, генерал Андерсон отдал приказ 78-й дивизии после сосредоточения в передовом районе наступать на Тунис и уничтожить силы стран оси. Такая пауза для сосредоточения, какой бы желанной она ни казалась, была злополучной, если учитывать малочисленность прибывших сил стран оси: не полностью укомплектованный парашютно-десантный полк из двух батальонов в Тунисе, переброшенный по воздуху из Италии 11 ноября, и два батальона в Бизерте (один парашютно-саперный и один пехотный). 16 ноября в сопровождении единственного-штабного офицера прибыл генерал Неринг, бывший командир Африканского корпуса. Неринг был тяжело ранен в сражении под Алам-Хальфой. Теперь, поправившись, он вступил в командование этими войсками численностью около 3 тыс. человек, которые составляли ядро 90-го корпуса. Даже к концу месяца так называемый «корпус» по численности был равен только дивизии.

Немцы, не дожидаясь сосредоточения сил англичан, быстро нанесли удар в западном направлении и этим смелым шагом скрыли свою слабость. Французские войска в Тунисе, хотя и более многочисленные, отступили перед ними во избежание преждевременного столкновения до подхода союзных подкреплений. 17 ноября парашютно-десантный батальон (всего около 300 человек) под командованием капитана Кнохе двинулся вдоль дороги Тунис-Алжир и заставил находившиеся там французские войска отступить к узлу дорог Меджез-эль-Баб (в 35 милях к западу от Туниса) с важным мостом через р. Меджерда. Здесь в ночь на 18 ноября французы были усилены подразделениями группы. «Блейд», включая английский парашютно-десантный батальон и американский дивизион полевой артиллерии (17/21-й уланский полк еще не прибыл).

В 4.00 французского командующего в Тунисе генерала Барре вызвали для встречи с немецким парламентером, передавшим ультиматум Неринга, который требовал, чтобы французы отошли на линию вблизи границы Туниса. Барре пытался вступить в переговоры, но немцы поняли, что он просто старается выиграть время. Рано утром немецкая разведка обнаружила присутствие союзных войск. В 9.00 немцы прервали переговоры и через четверть часа открыли огонь. Через полтора часа появились немецкие пикирующие бомбардировщики. Вслед за этим немецкие парашютисты предприняли две небольшие атаки, и эта видимость решительного наступления создала преувеличенное впечатление об их силах. Союзники сочли, что они не смогут продержаться, если не подойдут на помощь новые подкрепления, а распоряжения генерала Андерсона исключали такую помощь, пока не будет закончено сосредоточение союзных войск для планируемого наступления на Тунис.

С наступлением темноты капитан Кнохе выслал небольшие группы, которые переплыли реку и весьма успешно имитировали наступление большими силами. Войска союзников отступили от моста, оставив его в неприкосновенности. Ближе к полуночи местный английский командир вызвал на свой командный пункт французского командира и потребовал немедленно отвести войска на более безопасную позицию, на высоты. Это было сделано, и немцы заняли Меджез-эль-Баб. Это был поразительный пример того, как небольшой отряд дерзкими действиями может обмануть противника.

Парашютно-саперный батальон из Бизерты под командованием майора Витцига с несколькими танками двинулся па запад по прибрежной дороге и у Джебель-Абиода встретил головной батальон 36-й усиленной пехотной бригады 6-й западнокентской дивизии. Немцы разгромили часть батальона, но он сумел продержаться до подхода остальных подразделений бригады.

Тем временем высланные к югу небольшие немецкие отряды захватили ключевые города на пути из Триполи — Сус, Сфакс и Габес. Около 50 парашютистов напугали французский гарнизон и заставили его эвакуироваться из Габеса. 20 ноября к парашютистам прибыло подкрепление — два итальянских батальона из Триполи. Вместе они отразили атаку американских парашютистов полковника Раффа на Габес. 22 ноября небольшая немецкая танковая колонна вытеснила французов из Сбейтлы и перед возвращением в Тунис оставила там итальянский отряд, который, однако, вскоре был изгнан другим отрядом батальона Раффа.

Тем не менее малочисленные силы Неринга не только сохранили свои плацдармы в районе Туниса и Бизерты, но и расширили их, создав очень большой плацдарм в северной части Туниса.

Намеченное Андерсоном наступление с целью захвата Туниса началось только 25 ноября. За время этой паузы скудные силы немцев увеличились в три раза, хотя непосредственно боевые части включали лишь два небольших парашютно-десантных полка (двухбатальонного состава), парашютно-саперный батальон, три пехотных батальона из новобранцев и две роты танкового батальона с 30 танками. В числе последних было несколько танков нового образца с длинноствольными 75-мм пушками. Таким образом, из-за длительной задержки Андерсона у границы Туниса в ожидании, пока завершится сосредоточение войск, резкое неравенство сил стран оси и союзников сократилось.

Сам Андерсон 21 ноября высказал сомнение в возможности выполнить поставленную задачу имеющимися силами. По распоряжению Эйзенхауэра ему на подкрепление были поспешно направлены дополнительные американские части, в том числе боевое командование «В» 1-й бронетанковой дивизии, которое проделало путь в 700 миль от самого Орана (колесные и полугусеничные машины — по дорогам, а танки — железнодорожным транспортом).[100] Только часть этих сил прибыла к началу операции.

Наступление развивалось по трем направлениям: слева, около побережья, — 36-я усиленная пехотная бригада; в центре — более многочисленная группа «Блейд»; справа, вдоль главного шоссе, — 11-я усиленная пехотная бригада. Каждой были приданы американские бронетанковые и артиллерийские подразделения.

Левая группа, наступавшая по холмистой прибрежной дороге, выступила днем позже и в первые два дня продвигалась весьма осторожно — всего по шесть миль в день. Перед ней отходил малочисленный парашютно-саперный батальон Витцига. 28 ноября она продвинулась в два раза быстрее, но натолкнулась на засаду, устроенную Витцигом в дефиле около станции Джефна, и головной батальон был сильно потрепан. Предпринятая 30 ноября атака более крупными силами оказалась безуспешной, и наступление было прекращено. Полученный отпор в свою очередь привел к провалу десантной операции смешанного англо-американского отряда «коммандос», который рано утром следующего дня высадился на побережье к северу от Джефны и блокировал дорогу восточнее Матёра. Через три дня ему пришлось уйти, так как не было никаких признаков поступления помощи, а средств для продолжения боевых действий почти не осталось.

В центре действовала группа «Блейд». В дальнейшем она была усилена американским легким танковым батальоном (1-м батальоном 1-го танкового полка, вооруженным танками «стюарт» и в ней насчитывалось значительно больше 100 танков. 25 ноября она продвинулась на 30 миль к проходу Шуиги после прорыва линии охранения, занимаемой небольшим отрядом противника. На следующее утро ее продвижение остановил немецкий отряд, состоящий из танковой роты с десятью танками и двух рот пехоты. Он нанес удар к югу от Матёра. Восемь немецких танков были подбиты, главным образом американскими 37-мм противотанковыми пушками. Это привело к тому, что английское высшее командование приостановило наступление группы «Блейд» и рассредоточило ее силы для прикрытия фланга правой группы.

Обе стороны блуждали в «тумане войны». Такая осторожность со стороны англо-американских войск в решающий момент была неразумной и составляла резкий контраст с дерзостью немцев, а ведь накануне небольшой отряд группы «Блейд» хотя и случайно, но сильно напугал немецкое высшее командование. Произошло это так. Халл приказал командиру американского легкого танкового батальона подполковнику Уотерсу разведать мосты через р. Меджерда около Тебурбы и Джедейды. Эта задача была поручена роте «С» под командованием майора Барлоу. Случилось так, что она вышла к границе недавно введенного в эксплуатацию аэродрома Джедейды. Воспользовавшись представившейся возможностью, Барлоу атаковал аэродром 17 танками и уничтожил около 20 самолетов (в донесениях эта цифра возросла до 40). Этот глубокий прорыв, масштабы которого также были раздуты в донесениях, так потряс Неринга, что он оттянул свои войска для непосредственной обороны Туниса.

Правая группа союзников, наступавшая вдоль главного шоссе, была сразу остановлена при атаке Меджез-эль-Баба,[101] а контратаки немцев привели к беспорядочному отступлению. 25 ноября с наступлением темноты Неринг, потрясенный рейдом на Джедейду, приказал обороняющимся отойти, опасаясь, что их разобьют при новой атаке. Преследуя отходящие подразделения, колонна союзников рано утром 27 ноября заняла Тебурбу, в 20 милях от Меджез-эль-Баба. Однако на следующий день после незначительного продвижения ее внезапно остановила в Джедейде (в 12 милях от Туниса) смешанная батальонная группа. Возобновившееся 29 ноября наступление тоже было отражено. Тогда генерал Ивлей посоветовал приостановить наступление до подхода новых подкреплений, а для борьбы с немецкими пикирующими бомбардировщиками, которые все больше тревожили войска союзников, выделить истребители непосредственного прикрытия.

Андерсон и Эйзенхауэр приняли его рекомендации. В эти два дня Эйзенхауэр побывал на передовых позициях и слышал от американских офицеров один и тот же вопрос: «Где же наша распроклятая авиация? Почему мы видим одни только “хейнкели”?» В своих мемуарах Эйзенхауэр замечает: «Все, с кем мне пришлось разговаривать по пути, преувеличивали размеры ущерба, однако страшно было выслушивать замечания, подобные следующему: “Нашим войскам обязательно придется отступить; люди не могут существовать в таких условиях”».[102]

Между тем фельдмаршал Кессельринг, посетивший Тунис в это же время, упрекал Неринга в чрезмерной осторожности и оборонительной тенденции. Кессельринг отверг доводы о значительно превосходящей численности союзных войск и о том, что поступлению подкреплений войскам стран оси сильно препятствует бомбардировка аэродромов союзниками. Критикуя решение об отходе от Меджез-эль-Баба, он приказал Нерингу вновь захватить утраченную территорию, хотя бы до Тебурбы. И вот 1 декабря три танковые роты примерно с 40 танками и поддерживающими подразделениями, в том числе с трехорудийной батареей полевой артиллерии и двумя ротами противотанковых пушек, нанесли контрудар. Контрудар был направлен не прямо против сил, атаковавших Джедейду, а с севера во фланг, в направлении прохода Шуиги, с целью выйти в тыл союзников в районе Тебурбы. Немцы двумя колоннами сначала нанесли удар по группе «Блейд», прикрывавшей фланг, разгромили часть ее сил. Потом, во второй половине дня, они двинулись к Тебурбе, но, прежде чем немцам удалось достичь своей цели, они были остановлены артиллерийским огнем и бомбардировкой с воздуха.

Однако постоянный нажим противника создал такую непосредственную угрозу, что авангард союзников пришлось оттянуть из Джедейды на позицию около Тебурбы. 3 декабря Неринг бросил в бой все имевшиеся здесь немецкие подразделения, оставив лишь небольшую группу для охраны города Тунис. В ту ночь авангард союзников был вытеснен из Тебурбы и едва сумел ускользнуть по грунтовой дороге вдоль берега реки, побросав много имущества и транспортных средств. В ходе контрудара немцы захватили в плен больше 1000 человек, и их трофеи составили больше 50 танков.

К этому времени немцы в качестве подкреплений получили пять новых танков «тигр» с длинноствольными 88-мм пушками. Эти чудовища считались «секретным оружием», но Гитлер решил послать несколько танков в Тунис для испытания их в бою; два из них были приданы боевой группе в сражении за Тебурбу.

В течение последующих дней командование союзников готовилось в скором времени возобновить наступление большими силами. Однако надежды на его осуществление вскоре исчезли после предпринятых Нерингом мер по развитию успеха. Неринг решил использовать свои небольшие танковые силы для захвата Меджез-эль-Баба путем широкого обходного маневра к югу от р. Меджерда. Здесь только что развернулось боевое командование «В» американской 1-й бронетанковой дивизии с задачей возобновить наступление. Передовой отряд этого командования расположился в Джебель-эль-Гессе, на возвышенной местности к юго-западу от Тебурбы, господствующей над расположенной южнее равниной. Прежде чем начать свой обходный маневр, немцы утром 6 декабря атаковали позиции отряда и вытеснили его. Подкрепления, направленные американцам, прибыли слишком поздно и получили отпор, понеся большие потери.

Этот удар немцев заставил вновь прибывшего командира английского 5-го корпуса генерал-лейтенанта Олфри отдать приказ об отводе войск, расположенных севернее реки, с позиции вблизи Тебурбы на позицию у высоты 200 (которую англичане назвали Долгой стоянкой), ближе к Меджез-эль-Бабу. Более того Олфри предложил отойти еще дальше, на рубеж западнее Меджезэль-Баба. Андерсон одобрил это предложение, но Эйзенхауэр его отверг. Тем, не менее высота Долгая стоянка была оставлена.

В письме к своему другу генералу Хэнди от 7 декабря Эйзенхауэр писал: «По-моему, наши боевые действия лучше всего охарактеризовать как нарушение всех общепризнанных принципов ведения войны, как противоречащие всем правилам проведения операций и обеспечения войск, изложенным в уставах. Их будут подвергать критике в Ливенуорте и военном колледже еще лет 25».

10 декабря немцы нанесли новый фланговый удар силами, в состав которых входило около 30 средних танков и два «тигра», однако в двух милях от Меджез-эль-Баба они были остановлены огнем удачно расположенной французской батареи; пытаясь обойти ее с фланга, танки сошли с дороги, застряли в грязи и под угрозой удара в тыл со стороны отряда американского боевого командования «В» были вынуждены отступить. Тем не менее они косвенно добились непредвиденного успеха, так как с наступлением темноты боевое командование «В» начало отход со своей незащищенной позиции. Под влиянием ложного слуха об угрозе со стороны немцев оно свернуло затем на топкую дорогу, идущую вдоль реки. Здесь многие из уцелевших танков и других машин застряли и были брошены. Это пагубно отразилось на перспективе скорого возобновления наступления союзников на Тунис. К этому времени в боевом командовании «В» осталось всего 44 танка, пригодных к бою, — едва четвертая часть его штатной численности. Два немецких контрудара весьма чувствительно подорвали планы союзников.

Тем временем Гитлер назначил генерал-полковника Арнима верховным главнокомандующим войсками стран оси, которые были сведены в 5-ю танковую армию. 9 декабря Арним принял командование от Неринга и с прибытием новых подкреплений приступил к расширению двух позиций круговой обороны, охватывающих Тунис и Бизерту, в общий плацдарм. Он состоял из цепи опорных пунктов и простирался на 100 миль — от побережья примерно в 20 милях к западу от Бизерты до Анфидавиля на восточном берегу. Плацдарм делился на три сектора: северный обороняла дивизия Бройха (названная по имени ее командира), центральный (от пункта западнее прохода Шуиги до Пон-дю-Фахса включительно) — 10-я танковая дивизия, прибывавшая небольшими группами, и южный сектор — итальянская дивизия «Суперга». По оценке разведки союзников, силы стран оси в середине декабря насчитывали около 25 тыс. человек в боевых частях, 10 тыс. человек административного персонала и 80 танков. Эта оценка была явно завышенной. Действующие боевые части союзников насчитывали около 40 тыс. человек: около 20 тыс. англичан, 12 тыс. американцев и 7 тыс. французов, а общая численность союзных войск была гораздо выше из-за раздутого административно-хозяйственного аппарата.

Задержка в сосредоточении войск, отчасти из-за плохой погоды, вынудила Андерсона отложить возобновление наступления. Он решил начать наступление 24 ноября, чтобы воспользоваться полнолунием для ночной атаки пехоты. Наступление намечалось провести силами английских 78-й пехотной и 6-й бронетанковой дивизий и частью сил американской 1-й пехотной дивизии.

Для обеспечения развертывания были предприняты две частные атаки с целью захвата высоты Долгая стоянка и высоты 466, расположенной севернее на подступах к Тебурбе. Из-за плохой погоды обе атаки потерпели неудачу и вылились в затяжные бои с переменным успехом. По этой причине пришлось отложить основное наступление. К 25 декабря немцы полностью овладели своими прежними позициями и, вполне естественно, переименовали высоту Долгая стоянка в Рождественскую высоту.

В канун рождества Эйзенхауэр и Андерсон решили отказаться от намеченного наступления, учитывая свои неудачи и проливные дожди, превратившие поле боя в болото. Союзники проиграли «гонку к Тунису».

Однако эта неудача впоследствии обернулась величайшим благом. Ведь не потерпи союзники такой неудачи, Гитлер и Муссолини не имели бы ни времени, ни побуждения направить в Тунис огромные подкрепления и довести численность войск, оборонявших этот плацдарм, до 25 тыс. человек, которым приходилось воевать, имея за собой море, где господствовал противник, и под постоянной угрозой оказаться в западне. Когда в мае силы стран оси были в конце концов сокрушены, юг Европы оказался почти оголенным, так что последующее вторжение союзников в Сицилию в июле прошло сравнительно легко.[103]

Если бы не неудача союзников в декабре, весьма вероятно, что их вторжение в Европу было бы отражено. То, что Черчилль любил называть «мягким подбрюшием», представляло собой гористую, очень трудную для наступающих войск местность, которая «смягчалась» лишь недостатком сил обороняющихся.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru


Смотрите также